За четыре минуты до конца третьего периода Арсений, лихо перемахивая через борт, выскакивает на лед. Напарник делает передачу в его сторону и попадает шайбой прямо на крюк бессоновской клюшки. Вовремя, удачно, удобно! Долго не думая, Бессонов набирает скорость. Толпа на трибунах вскакивает. Арс закатывается в зону соперника. Кажется, так называется эта штука за синей чертой? На арене воцаряется напряженное молчание. Обманным движением Бессонов оставляет защитника за спиной. Второй защитник просто за ним не успевает. Арс выходит один на один с вратарем.
Я задерживаю дыхание.
Да что там, вся арена задерживает дыхание!
И…
Замах. Удар. Шайба со скоростью пули проскальзывает между ног вратаря и врезается в сетку ворот. Лампочка загорается. Зрители кричат. Это гол!
Два – два. Мы сравниваем счет. Да!
Я обмахиваю лицо ладонями. Поднимаюсь на ноги, приплясывая на месте от переизбытка эмоций. И не только я. Ирина Георгиевна и Ава тоже места себе не находят.
Какой потрясающий спорт – этот ваш хоккей. Никогда не думала, что скажу это, но эффект долгожданной забитой шайбы сродни оргазму. Клянусь.
Игра продолжается. Расслабляться рано. Чтобы забрать кубок, нам нужно забить как минимум еще одну шайбу. А время бежит.
Осталось три минуты.
Две минуты.
Минута до конца.
Таймер начинает отмерять жалкие секунды, все быстрее приближая оставшееся основное время игры к нулю. Мои глаза не успевают следить за движениями шайбы, но я четко подмечаю то, как отчаянно доживает последние мгновения игры соперник. Парни из команды противника фактически стелются у своих ворот, чтобы помочь вратарю. Настолько сильно давят наши.
Но соперника такая жертвенность не спасает.
Я поднимаю взгляд на время.
Двадцать секунд.
Девятнадцать.
Восемнадцать.
Слышу лязг и опускаю глаза.
– А-а-а-а! – вскрикивает Ава. – А-а-а!
– Д-да! – верещит Димка. – Да-да-да! Так их!
– Гол! – кричит Ирина Георгиевна. – Это гол!
Гол? Как гол? Где гол? Какой гол?
Загоревшаяся за воротами соперника лампочка подтверждает. Мы снова забиваем. Наш капитан забивает! Ремизов запихивает шайбу в ворота за десять секунд до конца матча. О-чу-меть! Три – два. Ава в счастливом обмороке. Кажется, ее валерьянка уже не справляется. Это что-то невероятное, а не матч. Поразительный, космический, легендарный финал!
Я хватаюсь за сердце. Теперь только продержаться. Еще чуть-чуть продержаться!
Вбрасывание выносится в центр поля. Свисток. Шайба на льду. Парни бегут. Шайба летит. Вместе с ней и ледяная стружка из-под лезвий коньков хоккеистов хлещет во все стороны. Зрители на арене начинают обратный отсчет. Под сводами разносится слаженное десятком тысяч голосов:
– Три…
– Два…
– Один.
Звучит сирена.
Мы… мы победили?
Очуметь, мы, черт возьми, победили!
Каток сотрясает ор десятков радостных мужиков: от хоккеистов до сервисменов команды. Стены ледового дворца вздрагивают от ликования фанатов. Вокруг творится такое…
У меня на глаза наворачиваются слезы. От счастья, радости, волнения ли – непонятно. Это просто что-то, не поддающееся никакому контролю.
Наши парни скидывают шлемы, запускают краги и клюшки в воздух. Бросаются друг на друга и на вратаря, прыгая, как шайка пацанов во дворе. Обнимаются и кричат. На головы им сыплется черное и золотое конфетти. Трибуны скандируют: «Молодцы, молодцы». Мы с Авой и Ириной Георгиевной тоже обнимаемся. Плачем и обнимаемся. Скачем, радостно вереща. Это победа. Не только наших парней, но и наша. Наша общая победа!
Эти мгновения ни с чем не сравнимы. Словно забег на многокилометровую дистанцию без особой надежды однажды увидеть и пересечь финишную черту. Забег через боль, кровь, пот и слезы. Забег и финиш. Невероятный, сложный, на пределе сил и возможностей – финиш.
Почти сотня матчей позади. Десятки травм, ушибов и растяжений. Часы тренировок и годы подготовок, и все ради этого мгновения! Мгновения нашей общей победы. Мгновения, когда захлестывает такими разными эмоциями, что ноги подкашиваются, а глаза увлажняются от непролитых слез. От счастья до страха. От радости до грусти. Кто-то из парней, не сдерживаясь, плачет. Кто-то в неверии качает головой. А у кого-то просто пасть рвется от широты улыбки. Непередаваемые ощущения, говорю же.
Я и сам до сих пор не верю, что мы вытащили этот матч. На зубах. На морально-волевых. На характере.
Мы с Ремизовым выкатываемся из общей кучи у наших ворот и обнимаемся. Поздравляем друг друга. Ловим Черкасова за майку, притягивая к себе. Мужики, которым на троих уже за сотню годиков, – радуемся, как дети! От не сходящей с лица улыбки рана на губе начинает поднывать. Обезболивающее перестает действовать. Кисть ломит. Док сказал – вывих.
Но это неважно.
Все это абсолютно неважно прямо сейчас, потому что мы это сделали, черт побери! Это был тяжелый сезон. Тяжелая игра. Достойный соперник. Но мы оказались сильнее. Мы бились до последней гребаной секунды. И наша самоотверженность оказалась не напрасной. Мы чертовы чемпионы этого сезона!
А самое офигенное во всем – это знаете что?
