В этот день Карстен должен был проходить плановое обследование своего сердца в областном центре Ильцен, и я надеялась, что он получит моё письмо как раз вовремя, после завершения обследования, в хорошем расположении духа, так как все страхи уже позади (Карстен очень боялся врачей и этого обследования в особенности). В течение часа галочки под сообщением ещё были серыми. Я вспомнила слова Йенса, что в немецких больницах запрещают пользоваться сотовыми телефонами. Значит, он еще в больнице. Наконец две синие галочки: сообщение прочитано. И буквально в следующие несколько секунд фотография Карстена исчезла из аватарки, и я с ужасом увидела, что он снова меня забанил! Я шокировано смотрела на экран, не веря своим глазам. Какое-то мгновение я приходила в себя, пытаясь осознать очевидность произошедшего. Обида, боль, разочарование, отчаяние, – вся эта гамма чувств обрушилась на меня лавиной. Это был уже не просто удар под дых, это был нокаут. Я немедленно удалила письмо у себя и у него, и в ответ тоже заблокировала его – жалкая и глупая попытка отыграться, хотя он все равно этого не увидит.
К моему счастью, всей этой ситуации вскоре нашлось объяснение. И хотя оно было тоже отрицательным для меня, это было все же лучше того, что я подумала, когда снова увидела себя заблокированной. Минут через десять на пороге спальни появился муж и спросил:
– Ты что, написала Карстену?
– Да! – вызывающе ответила я. Не было смысла опираться, муж уже знал и что-то хотел мне сообщить.
– Это письмо прочла его сестра, а так как ты записана в его телефоне «фрау фон Йенс» («жена Йенса»), то теперь у Карстена проблемы. Его сестра думает, что он крутит роман за спиной у своего друга, и может теперь сообщить об этом его матери. И твой вотсап заблокировала она.
Я рассмеялась с долей злости и в то же время истерически. Получается, что я ещё и навредила моему возлюбленному. Но какого черта его письма читает его сестра? И какого черта я записана у него в телефоне как «фрау фон Йенс»! Таким «ником» он сразу обозначил наши нынешние отношения, очертив границу: он – любовник, я – жена его друга. Не его женщина и не его будущая жена, как он говорил и обещал мне зимой.
– Карстен очень зол и сказал, чтобы я отшлёпал тебя по попе за это.
Карстен зол! Отлично! Моё нежное письмо теперь казалось мне отвратительным и жалким, и мои потуги что-то наладить между нами тоже. Я даже не была уверена, что Карстен успел прочитать его, если сестра прочла письмо первой. Но даже если он все же успел это сделать, вряд ли оно порадовало его и произвело тот эффект, на который я рассчитывала. Вчера он обмолвился, что у него гостит его сестра из Майнца. Однако я была уверена, что он едет в больницу один. Мой подарок из россыпи драгоценных камней в один миг превратился в кучку дерьма.
На следующий день в деревне Бад Бодентайх отмечали праздник Schutzenfest. Это переводится как «Праздник стрелков». В Интернете я прочитала, что этот праздник считается самым крупным праздником защитников города в мире и проводится в Германии ежегодно, начиная с XVI века. С нашего балкона я с любопытством разглядывала процессию идущих род барабанный бой и духовой оркестр мужчин, наряжённых в чёрную и зеленую униформу с аксельбантами. Мой муж посмеивался, наблюдая за моей реакцией: «О, много мужчин, красивых мужчин, да, Марина?» Я подыгрывала ему, проявляя воодушевление, и даже помахала рукой с балкона проходящему мимо военному, поймав его взгляд. «Кричали женщины „ура“ и в воздух чепчики бросали» – вспомнились мне строки известного классика, описывающего, как встречали в России в захолустных городках строй проезжающих гусар. Моё настроение после инцидента с любовным письмом наконец начало улучшаться. Самое главное, что не Карстен заблокировал меня, а всего лишь его злая сестра. К тому же Йенс сказал, что в понедельник Карстен обещал к нам прийти.
– Сегодня вечером будут танцы, – сказал муж.
«В сельском клубе», – хотела сыронизировать я, но не знала, как это сказать по-немецки.
– Там будет весь Бад Бодентайх, много мужчин, флирт, пиво. Вы хотите пойти?
«Почему бы и нет, – подумала я. – В конце концов, мне надо как-то отвлечься, а внимание мужчин и их комплименты – самое лучшее лекарство от хандры».
– Да, я пойду.
– Может быть, Карстен тоже придёт туда, – сказал мой муж, и это окончательно решило вопрос, идти или не идти, для меня.