Парень указал мне на кушетку, и я с облегчением на нее свалилась, сбросив кроссовки. Он прошел к кровати и кинул мне подушку. Плоская как блин, но я была рада и такой подачке. Накопившаяся усталость требовала тут же уснуть. Я сунула подушку под голову, и меня придавило осознанием произошедшего. Тело просило выбросить все мысли из головы и спать, но сон не шел. У себя дома я привыкла к круглосуточному шуму за окном, а здесь было слишком тихо. Шуршание одежды сменилось кряхтением деревянной кровати под весом парня. Потом все стихло, но тут кровать снова скрипнула, а вслед за ней и половицы. Шаги проследовали от дальнего угла ближе ко мне, и я собиралась повернуться, но сил не было. Пусть делает со мной, что захочет. Плевать. Уже просто плевать. Снова шуршание, и на меня опустилось покрывало.
Я едва смогла пробормотать «спасибо» и вырубилась.
Когда я проснулась, комнату заливал яркий солнечный свет. Моего странного знакомца не было на месте. Значит, и правда поспал полтора часа и ушел. Куда? В любом случае спасибо, что не стал будить. Я немного полежала, потянулась и решила, что нужно осмотреться. Хотя комната была столь мала, что казалось, я уже увидела все что можно. Обычная мужская комната. Ни единого зеркала, легкий бардак, пыльное окно, которое, похоже, никто не мыл с момента постройки здания. Но оставалась дверь в стене напротив. Я на цыпочках подошла к ней и прислушалась. Ни звука. Что же, рискнем. Осторожно дотронулась до ручки и медленно потянула на себя, замирая через каждый миллиметр. Но дверь открылась без скрипа. Стоило мне бочком всунуться в дверной проем, на стенах вспыхнули свечи в стеклянных колбах. Удобно. Я очутилась в крохотной ванной комнате. Здесь обнаружилось небольшое зеркало на стене, и я заглянула в него. Ну, ничего другого я не ожидала. Попробовала пригладить растрепанные темные пряди руками, но стало ненамного лучше. Под невысоким столиком, на котором стоял жестяной таз, нашелся широкий кувшин. Я немного плеснула из него в таз, убедилась, что это чистая вода, и позволила себе умыться. Надеюсь, хозяин комнаты не прибьет меня за то, что трогаю его вещи. Очень хотелось почистить зубы и принять душ, но лезть в подобие ванны, над которой висела кадка с цепью, я не рискнула. Вернулась в комнату и принялась ходить туда-сюда. Выглянула в окно, но из него был виден только густой лес внизу. От скуки начала рассматривать книги возле кушетки. Сплошь научные труды. Странно, издалека казалось, что на обложке нарисованы какие-то непонятные закорючки, похожие скорее на выдуманные рунические символы, но при ближайшем рассмотрении они складывались в знакомые слова.
Я полистала книги, но они все были посвящены тем сферам науки, в которых я слишком плохо разбиралась. Какая-то метафизика, алхимия, биология и анатомия. Рыться в комоде я не рискнула, хотя любопытство нашептывало, что можно попробовать. Но испортить отношения с этим парнем для меня означало неизбежную гибель. Поэтому я ограничилась поверхностным осмотром склянок. Все пустые, с белесым налетом и разводами. Я сама никогда не отличалась особой чистоплотностью, но эти колбочки и пузырьки вызывали зуд под кожей. Хотелось закинуть их в раковину и хорошенько залить «Фейри», а потом отдраить до скрипа.
Я изо всех сил старалась занять себя хоть чем-то, лишь бы не оставаться наедине с мыслями о моем положении. После сна, да еще и при ярком свете вчерашнее потрясение казалось не таким реальным, но я даже не сомневалась, что, попробуй я выйти из комнаты, сюда уже больше не вернусь, да и вообще не доживу до следующего утра. И как попасть обратно домой, я не имела ни малейшего представления. А что самое страшное, если всех пришелиц в этот мир убивали вместо того, чтобы выдворить без права возвращения, значит, и местные не знали способа.
Я попыталась вспомнить фразу, нацарапанную на парте в моем мире, но в голове остался только общий смысл. Дословно воспроизвести ее я так и не смогла, а произносить вслух варианты, перебирая формулировки в поисках нужной, я побоялась: неизвестно, чем может обернуться такая самодеятельность. Вскоре скука одолела меня, и я задремала. Весь день я посматривала в сторону мягкой кровати, но играть в трех медведей было боязно, так что вновь пришлось лечь на жестковатую кушетку.
Хлопок закрывающейся двери в мгновение выдернул меня из неглубокой дремы. Я рывком села и потерла лицо, чтобы не выглядеть сонной. Мой новый знакомый держал в руках стопку книг,
а на его согнутом локте висела большая корзина, накрытая тканью.
— Извини, забыл, что тебе нужно есть.
Он огляделся, подошел и поставил тяжелую корзину мне на колени. Книги свалил кучей рядом с кушеткой.
