В голосе Морта послышалось беспокойство. Эйден шикнул на него, осторожно разматывая повязку. Я зажмурилась, когда он провел пальцами вдоль краев раны. Вылил на нее половину синего пузырька и крепко сжал мою ступню.
— Сейчас потерпи.
Я стиснула зубы, когда кожа на ноге стала плавиться. Во всяком случае, так мне показалось в первую секунду. Но потом жар отступил и осталось только сильное покалывание, а затем прошло и оно. Рана пульсировала, но кровь больше не сочилась. Эйден забинтовал мою ногу, снова порылся в сумке и протянул мне форменную рубашку Морта.
— Надень. Воды пока нет, но, надеюсь, в доме сможешь умыться.
— Спасибо.
Я, не задумываясь, стянула с себя изодраную рубашку и надела форму. Морт усмехнулся, а Эйден резко отвернулся.
— Линн, мы же еще здесь!
— Прости, я не подумала.
— Ну, лично я не против, можешь повторить, если хочешь. — Морт снова закашлялся под конец фразы. — Эйд, дашь огня?
Эйден помог ему прикурить. А я подползла поближе к Морту.
— Ты как?
— Хуже, чем раньше, любовь моя. Эта печать из меня не только душу вынула, но и всю силу высосала. Я теперь такой же, как и ты: ни капельки магии. Да и боль никак не уходит. — Он кивнул на сигарету. — Это уже вторая, а толку чуть.
Я подняла голову, посмотрела на Эйдена.
— Эйд, я же могу ему помочь? Как тебе.
— Нет, Линн! — Он ответил слишком резко, а Морт переводил взгляд с меня на него.
— В чем дело? Как помочь?
— Но почему?
— Потому что он полностью пуст. И твои… твоя помощь уйдет в никуда. Я ведь говорил, что если остается хоть кроха магии, тогда можно восстановиться быстрее. А в его случае помогут только время и нормальный отдых.
Я поджала губы.
— Может быть, мы уже зайдем в этот несчастный дом? Или мне одному становится холодно?
Морт со стоном поднялся. Разорванная рубашка и жилет болтались, открывая его кожу прохладному воздуху. Я почувствовала угрызения совести, оттого что забрала его рубашку. Эйден помог мне встать и придерживал за талию, пока я в одном ботинке хромала до дверей.
Внутрь вошли беспрепятственно. Эйден потратил еще немного сил на то, чтобы зажечь огонек под потолком холла, в котором мы оказались. При свете дом не казался таким страшным. Да, почти везде висела паутина, с писком вылетели в ночь летучие мыши. Но никакого шуршания, никакого Инквизитора, что нашептывал мне прямо в сознание. Мы не стали подниматься на второй этаж, сперва прошли в одну из комнат на первом. Это оказалась гостиная. Морт со вздохом упал на узкий диванчик, взметнув в воздух кучу пыли. Ноги ему пришлось закинуть на подлокотник, голова болталась с другой стороны. Эйден усадил меня в кресло напротив дивана. Кроме шкафов, забитых книгами, небольшого столика у стены и еще одного кресла, другой мебели здесь не было. На полу — изъеденный молью ковер, почти превращающийся в пыль под шагами Эйдена. Фальшивый камин напротив двери — камни внутри светлые, без следа огня или сажи.
— Посмотрю, не пересох ли колодец.
Эйден прошел гостиную насквозь и скрылся за одной из дверей.
— Так, значит, ты вскарабкалась по стене, влезла в дымоход, вылезла уже внутри дома и просто открыла дверь?
Морт сцепил руки под головой и чуть приподнялся, глядя на меня. Я кивнула.
— И после этого ты говоришь, что не грабишь старушек?
— Только очень и очень богатых.
Мы улыбнулись друг другу.
— Линн, ты смелее, чем мне казалось.
— А ты тупее, чем я думала!
Он резко вскинулся, садясь на диване.
— Зачем ты вообще полез к этой двери, если знал, что там ловушка?
— Для тебя старался!
— Морт, мы думали, что ты больше не вернешься!
— И как? Ты сильно переживала?
— Так сильно, что полезла босиком по стене, лишь бы все было не напрасно.
— Как приятно слышать, любовь моя.
— Простите, что прерываю ваши любезности, но у нас есть вода. — Эйден подошел ко мне и протянул руку. — Линн, ты первая.
Я поднялась, и он помог мне пересечь гостиную. За той дверью оказался небольшой тамбур, из которого мы вышли в широкую ванную комнату. Посреди помещения стояла металлическая купель, рядом с ней — низкий железный столик, покрытый пылью, на котором до сих пор лежали куски мыла, стояли баночки с чем-то давно сгнившим. На дальней стене висела почерневшая кадка с цепью, как в ванной Эйдена, только раза в три больше. Но самое главное, возле купели стояло ведро с водой.
Эйден протянул мне когда-то бывшее пушистым полотенце. Сейчас от него исходил затхлый запах, но оно было относительно чистым, а главное — сухим.
Он вышел за дверь, а я с удовольствием скинула одежду, оттерла кожу от сажи, сняла с волос паутину, вытерлась насухо и оделась. Стало гораздо легче. Я вернулась в гостиную и заняла диван, когда Морт отправился умываться.
— Если хочешь пить, я набрал воды во флягу. И у нас осталось немного еды.
Я смочила горло и отдала флягу Эйду. Когда Морт вернулся, я поднялась.
— Давайте найдем его кабинет. И закончим уже с этим.
