— Не надо на меня так смотреть. Никто не собирается убивать ее прямо сейчас. Мы просто вернемся в Академию, вы двое закончите обучение, а девочка пока побудет под моим присмотром. Вы даже сможете с ней видеться, если захотите. Остальным не обязательно знать, что в нашем мире появилась еще одна попаданка. Так что никто не узнает, что вы нарушили закон.
— И что потом?
— Потом я стану гордым отцом выпускника Академии и вернусь домой. Вместе с тобой. И с ней.
— Вы думаете, что мы просто согласимся на это и пойдем с вами?
— Мортимер, разве вам кто-то предлагает выбор?
— У меня есть выбор дать вам по морде.
Расслабленный взгляд мастера Гранда тут же стал жестким.
— Кажется, ты не до конца понимаешь, в каком вы сейчас положении. Вы можете пойти по сложному пути и остаться с переломанным позвоночником и, скорее всего, мертвой девочкой. Но мне кажется, вы не захотите, чтобы она пострадала. Так что довольно болтовни. Эйден, отойди в сторону.
Эйден сжал руку так, что мои пальцы хрустнули, а я сморщилась от боли. Морт обеспокоенно покосился на меня, доставая из кармана один из чудом уцелевших пузырьков. Мастер Гранд заметил его движение и поднялся.
Морт сделал шаг вперед, но Гранду-старшему хватило небрежного жеста, чтобы он отлетел в стену и сполз на пол.
— Значит, по-хорошему вы не хотите?
Я обернулась к Морту, не решаясь двинуться. Он поднял голову и улыбнулся, начал подниматься, но его прижало к стене. Я бросила взгляд на отца Эйдена. Тот лишь слегка шевельнул пальцами, и Морт закричал от боли. Новое движение, и Морт затих, хрипло дыша.
Эйден дернулся, а его отец устало вздохнул.
— Эйден, отойди в сторону.
— Ни за что!
— Хм. И почему ты ее так защищаешь? Кто она тебе? Случайная любовница? Забавная зверушка из другого мира? Эйд, она все равно закончит как остальные. Зачем все усложнять?
— Затем, что я не хочу быть таким, как ты.
Мастер Гранд на секунду нахмурился.
— И кто же я, по-твоему?
Эйден молчал.
— Эйд, ты же умный парень, ты должен знать, что кому-то приходится пачкать руки, чтобы равновесие нашего мира не было нарушено. Или ты считаешь, что я делаю все это из любви к насилию?
— А что я должен думать после всего, что ты сделал со мной? Тебе же плевать, на ком ставить свои эксперименты.
Мастер Гранд покачал головой.
— Ты так ничего и не понял за эти годы. Все, что я делал, было ради тебя.
— Ты сделал из меня чудовище!
— Ты правда считаешь, что я пытался тебе навредить? Сын, я пытался донести это до тебя не один раз, но ты никогда не хотел меня выслушать. Всегда был таким же упрямым, как твоя мать.
— Не смей упоминать ее! Это ты виноват в ее смерти.
Мастер Гранд развел руками и посмотрел на Эйда с невыразимой усталостью.
— Хотел бы я сказать, что это не так.
Эйден дернулся, я шагнула чуть в сторону, прячась за него. Украдкой обернулась на Морта. Его все еще прижимало к стене, но по крайней мере на его лице больше не было боли — только ярость. А мастер Гранд медленно продолжил:
— Может быть, хотя бы сейчас ты выслушаешь меня до конца. Эйден, твоя мама знала, что ожидает ее ребенка, если она родит. Она уговаривала меня отказаться от мысли о детях, но я настоял. Оделия была такой же как ты, Эйд. Ей всю жизнь приходилось сдерживать в себе темную часть ее самой. А когда у тебя впервые потемнели глаза, она не выдержала. Я думал, что смогу избавить тебя от этой тьмы, но это невозможно, Эйден: она — часть тебя, ее можно только сдерживать. Я пытался тебя научить этому, но ты никогда меня не слушал. И где мы теперь? Стоим в доме Мариуса и спорим из-за какой-то попаданки.
— Зачем тогда ты пичкал меня этими ядами все время?
— Потому что я до последнего надеялся, что смогу уничтожить твою темную сторону или хотя бы ослабить ее. И прекратил попытки, только когда понял, что это бесполезно. Все, достаточно разговоров. Эйден, отдай ее мне, и мы вместе с твоим неразумным другом вернемся в Академию. Ты благополучно закончишь обучение, и мы найдем способ держать твою темную сторону под контролем.
Эйден молчал. Мне казалось, что я понимаю, какая буря сейчас творится в его душе. Всю жизнь считать отца чудовищем и внезапно узнать, что тот лишь пытался его спасти. Даже в моих глазах мастер Гранд перестал быть бездушным монстром, хотя я понимала, что он точно меня убьет. Но мне в любом случае не избежать смерти. Он так легко расправился с Мортом, а уж у меня нет ни единого шанса. Все, что я могла, — не дожидаться, когда Эйден примет единственное решение и самолично передаст меня в руки моего палача, а сделать этот шаг самой. Тогда Эйдену не придется винить себя, когда моя жизнь окончится, не придется думать, что он предал меня.
Мне вдруг сделалось совсем не страшно. Я продержалась целых два месяца, хотя должна была погибнуть в первые минуты в этом мире. Не так много, но гораздо больше, чем везло моим сестрам по несчастью. Было жаль только, что я не успела так о многом расспросить Морта и так много рассказать Эйдену.
Моя рука легко выскользнула из пальцев Эйдена. Я пошла к мастеру Гранду, стараясь не обернуться. Сзади раздался полный отчаяния крик Морта:
