– Это моя мать, – объяснила Галина. – А это что? – кивнула она на солдатские вещмешки, которые, беззвучно ступая, внес адъютант.
– Продукты. Вы же предупредили, что у вас ничего нет, – оправдывался полководец.
– Я готовить не умею, – призналась Галина.
– А мы Гену попросим, – предложил Павловский, повернувшись к адъютанту, – он что-нибудь сообразит.
– Гена? – рассмеялась Галина. – А что он сообразит?
– Поджарку, например, из тушенки, – обиделся Гена, – очень вкусно получается.
– Не обижайтесь, – попросила Галина. – Нет, мы не будем просить Гену. Мы пойдем в гости!
– Хорошо! – согласился Павловский. – Я давно в гости не ходил. Даже забыл, как это делается, – признался он.
– Делается это легко и весело! – пояснила Галина. – Для этого гости и существуют. Только вам надо переодеться.
– Как? – изумился Павловский. – Зачем?
– У вас столько золота и звезд на погонах, что люди будут пугаться и смущаться вас, – пояснила Галина. – У вас есть штатская одежда?
– Нет, – признался генерал-полковник, – и никогда не было.
– Вы что, никогда в жизни не носили костюма? – поразилась Галина.
– Никогда, – подтвердил Павловский. – В тюрьме когда сидел, носил арестантскую робу.
– Вы были в тюрьме? – испугалась Галина.
– Да, – улыбнулся Павловский, – в Ленинграде, в Крестах, с тридцать девятого по сорок первый.
– Сейчас что-нибудь придумаем, – пообещала Галина, скрываясь в спальне. – Гена! – высунулась она на мгновение в коридор, – поставьте, будьте добры, чаю, а вы… – повернулась она к Павловскому, – снимите наконец шинель и идите сюда. Примерьте, – она протянула ему серый твидовый[133] костюм Туманова.
Павловский стеснялся…
– Не бойтесь, – усмехнулась Галина, – я выйду.
– Вот ведь никогда не думал, что мои погоны могут пугать людей! – сокрушался он.
– Пугают не погоны, а их размер и количество звезд на них, – весело пояснила Галина и вышла из спальни.
Вполголоса чертыхаясь, Павловский начал расстегивать китель.
– Товарищ полковник, разрешите документы посмотреть, – откозырял Туманову лейтенант – начальник личной охраны Павловского.
– С какой стати? – удивился Туманов. – Вы не патруль, у вас общевойсковые петлицы[134], и я не в расположении вашей части. Вы не имеете права проверять мои документы! Разрешите пройти! – потребовал он.
– Придется подождать, – твердо отказал лейтенант.
– Лейтенант! – возмутился Туманов. – Немедленно дайте мне пройти!
Старшина из охраны командующего зашел за спину Туманову и перекинул автомат на грудь. Назревавший конфликт прервало появление Клавдии.
– Здравствуйте, Клавдия Михайловна, – мрачно поздоровался Туманов.
– Здравствуй, Кирилл, – осторожно ответила Клавдия. – Что здесь происходит? – спросила она, глядя почему-то не на офицера, а на мрачного старшину с автоматом за спиной Туманова.
– Не пускают, – односложно пояснил Туманов.
– Почему? – удивилась Клавдия. – Он здесь живет.
– Все равно я должен проверить документы, – упрямо сказал лейтенант.
Туманов молча сунул руку за пазуху и достал оттуда офицерскую книжку.
– Галина дома? – спросил он, пока лейтенант листал страницы его документа.
– Дома, – стараясь не смотреть в глаза зятю, кивнула Клавдия, – ты… вот что… не ходи туда, – попросила она.
– Почему? – не понял Туманов.
– Не ходи, – повторила Клавдия и быстро, насколько позволяла засыпанная мостовая, пошла по улице.
Туманов смотрел ей вслед, и в какое-то мгновение ему страстно захотелось побежать за ней, догнать и все выяснить. Но лейтенант, насмешливо, как показалось ему, глядя на него, протянул проверенные наконец документы:
– Проходите.
Старшина перекинул автомат за спину и, потеряв всякий интерес к Туманову, отошел к машине. Туманов стоял у парадного подъезда своего дома, пытаясь осмыслить сказанное Клавдией.
– Проходите, – повторил лейтенант.
И Туманов пошел.
– Ну как? – поинтересовалась Галина, входя в спальню.
– Вот так, – Павловский протянул к ней руки.
Пиджак был короток.
– Не беда! – махнула рукой Галина. – Раздевайтесь!
Она влетела в ванную, схватила халат и опасную бритву с полочки.
– Наденьте, – кинула она халат Павловскому. Взяла пиджак и начала распарывать подкладку.
– А к кому мы пойдем? – спросил Павловский.
– Придумаем! – беззаботно ответила Галина, ловко подшивая рукава. – Вот и готово! – она протянула пиджак Павловскому. – Одевайтесь!
Гена медленно встал с кухонного табурета.
– Товарищ генерал-полковник, что с вами? – потрясенно спросил он.
– Вот… – растерянно развел руками Павловский, – переоделся… Как тебе? – тревожно спросил он.
– Черт его знает… – осторожно ответил адъютант, – неожиданно…
– Да уж… – согласился со вздохом Павловский.
– А какой у вас размер обуви? – поинтересовалась Галина.
– Сорок четвертый, – безнадежно ответил Павловский.
– Плохо! – озаботилась Галина. – Делать нечего, пойдете в своих сапогах – брюки навыпуск, – распорядилась она.
– А смеяться не будут? – сомневался Павловский.
– Нет, – твердо пообещала Галина.
– Думаете? – не поверил генерал-полковник.
– Уверена. Вас же никто не узнает без мундира, – успокоила его Галина.
– Видел бы меня сейчас начальник Генерального штаба, – скорбно подытожил Павловский.
