| And she could feel her wet shoes getting wetter again. | Ее мокрые туфли промокли еще сильнее. |
| But she felt like going away, right away from him and everybody. | Но она чувствовала отъединенность от всех - и от него. |
| It was chilly. She shuddered, and returned to the house. He was sitting in front of the low fire. | Ночь была свежая. Она зябко поежилась и вернулась в дом. |
| 'Ugh! Cold!' she shuddered. | - Холодно, - сказала она, дернув плечами. |
| He put the sticks on the fire, and fetched more, till they had a good crackling chimneyful of blaze. | Он подбросил на угли хворосту, принес еще, и в очаге, весело треща, занялось пламя. |
| The rippling running yellow flame made them both happy, warmed their faces and their souls. | Его желтые пляшущие языки, согрели не только их щеки, но и души. |
| 'Never mind!' she said, taking his hand as he sat silent and remote. 'One does one's best.' | - Выбрось все из головы, - сказала Конни. Егерь сидел молча, неподвижно. Взяв в ладони его руку, она прибавила: - Постарайся. |
| 'Ay!' He sighed, with a twist of a smile. | - У-гу, - вздохнул он, чуть скривив рот в улыбке. |
| She slipped over to him, and into his arms, as he sat there before the fire. | Конни тихо подошла и скользнула ему на колени, поближе к огню. |
| 'Forget then!' she whispered. 'Forget!' | - Забудь все, - шепнула она ему. - Забудь. |
| He held her close, in the running warmth of the fire. | Он крепко прижал ее к себе; так они сидели молча, чувствуя наплывающее из очага тепло. |
| The flame itself was like a forgetting. | Лепестки пламени казались Конни цветком забвения. |
| And her soft, warm, ripe weight! | Легкая сладостная тяжесть ее теплого тела кружила ему голову. |
| Slowly his blood turned, and began to ebb back into strength and reckless vigour again. | Кровь снова начала бурлить, пробуждая безрассудные, неуправляемые силы. |
| 'And perhaps the women really wanted to be there and love you properly, only perhaps they couldn't. Perhaps it wasn't all their fault,' she said. | - А может, эти женщины и хотели быть с тобой, любить тебя по-настоящему, да просто у них не получалось. Может, их вины-то и нет, -сказала Конни. |
| 'I know it. | - Да, это верно. Я знаю. |
| Do you think I don't know what a broken-backed snake that's been trodden on I was myself!' | Я и сам был тогда как змея с перебитым хребтом. |
| She clung to him suddenly. | Конни вдруг крепко прижалась к нему. |
| She had not wanted to start all this again. Yet some perversity had made her. | Ей не хотелось начинать все сначала, но что-то все время подзуживало ее. |
| 'But you're not now,' she said. 'You're not that now: a broken-backed snake that's been trodden on.' | - Теперь все по-другому, - проговорила она. -Ты ведь больше не чувствуешь себя как змея с перебитым хребтом? |
| I don't know what I am. | - Я не знаю, что чувствую. |
| There's black days ahead.' | Знаю только, впереди у нас черные дни. |
| 'No!' she protested, clinging to him. 'Why? Why?' | - Нет, нет! Что ты говоришь! - запротестовала она. |
