На кухне, распластавшись на полу в луже крови, лежал Фред Буер, брат Вернона. Фред был убит тремя выстрелами в лицо. Олсен подумал, что Фред услышал стрельбу в доме, прибежал узнать, что происходит, и был убит.
— Мать и старший сын, — сказал доктор Хислип, — остальные не здесь, констебль.
В сарае позади дома они нашли труп Уильяма Ройска, убитого выстрелами в лицо. Четвертая жертва этой кровавой бойни — наемный работник Гейб Боромби — лежал мертвый, весь в крови, в помещении для работников. Убийца несколько раз выстрелил ему в лицо.
В доме не нашли никаких следов огнестрельною оружия, которым пользовался убийца. Констебль Олсен сделал несколько пометок в записной книжке. «Несомненно, — решил он, — миссис Буер, убитая в затылок, была первой жертвой и, пожалуй, единственной, кого намеревались убить. Другие, старший сын и два работника, — размышлял Олсен, — стали жертвами как свидетели преступления, опознавшие убийцу. Никаких намеков на грабеж — преступление совершено чисто из эмоциональных побуждений, а не с целью наживы».
Констебль возвратился в дом, чтобы задать несколько вопросов потрясенному отцу. Тог подтвердил то, что по телефону несколько бессвязно сообщил доктору его сын Вернон. Отец и сын вышли из дома после ужина и работали в разных компах фермы. Две дочери ушли па баскетбол, старшин сын Фред и два работника находились недалеко от дома. Последний раз Генри Буер видел жену в кухне, когда та, склонившись над раковиной, собиралась мыть посуду после ужина. Вернон заявил, что вернулся домой в 8:30 вечера и увидел труп матери и брата. Он тут же позвонил доктору. Потом он сказал, что трупов работников не видел.
Констебль Олсен отметил про себя, что Вернон как-то уж слишком четко отмеряет указанное время. В момент внезапной смерти миссис Буер находилась в столовой, где чистила клубнику. Поэтому ее убили раньше сына Фреда. Если бы было наоборот, то она наверняка не осталась бы сидеть в столовой, услышав выстрелы в другой комнате.
«Все это выглядит довольно странно», — подумал констебль.
Он машинально опустил руку в мутную воду в раковине, в которой покойная оставила отмокать кастрюлю, и нащупал что-то твердое и острое, — как оказалось, гильзу от винтовки калибра 7,62 мм. Убийца тщательно подобрал все гильзы, а эту просмотрел. Уже улика!
У Буеров не было собственной винтовки. Однако оперативная проверка выявила, что у фермера-соседа была винтовка калибра 7,62, но, как он заявил, «ее недавно украли». Олсен сделал для себя пометку. По данным полицейского из местного участка, владелец действительно заявлял о пропаже винтовки. «Не было ли это сделано преднамеренно, чтобы замести следы преступления?» — размышлял Олсен.
Сравнение под микроскопом меток от бойка на стреляных гильзах от украденной винтовки, сохранившихся у бывшего владельца, с меткой на гильзе, найденной в кухонной раковине, убедила Олсена, что убийца действительно использовал украденное оружие. «Найди человека, укравшего винтовку, и ты найдешь убийцу», — решил про себя констебль.
Проблема неожиданно осложнилась тем, что Олсен заметил плохо скрываемую неприязнь к себе со стороны Вернона Буера. Время от времени Олсен внезапно оборачивался и ловил на лице молодого Буера либо усмешку, либо затаенную ненависть.
Однажды, спустя неделю после убийства, Олсен задал Вернону первый пришедший на ум вопрос:
— Вернон, а почему у тебя нет девушки?
Молодой человек оторопел, но пробормотал:
— Я не люблю девчонок!
Почему он не любил девушек?
Вскоре Олсен узнал, что Вернон ухаживал за хорошенькой девушкой из Маннвилла, но та дала ему от ворот поворот полгода тому назад. При встрече с Олсеном девушка рассказала ему, что миссис Буер наговаривала на нее Вернону и вдалбливала сыну в голову, что она распутная и что сын дурак, если тратит на нее время. Мало-помалу девушка поняла, что Вернон находится под влиянием матери и прислушивается к ее обвинениям, поэтому она попросила его больше с ней не встречаться.
— И после этого вы с ним не встречались?
— Конечно, нет, но он тоже очень переживал.
Когда констебль Олсен поставил Вернона перед фактом, что тот возненавидел мать за ее вмешательство и расстройство личных планов сына, Вернон ухмыльнулся, а потом рассмеялся. Олсен повторил свое обвинение и добавил:
— Вы убили свою мать и остальных, чтобы молчали!
Молодой Буер дрогнул:
— А вы нашли винтовку?
— Нет.
— В таком случае, — очень спокойно заявил молодой человек, как вы можете кого нибудь обвинить, особенно меня? Разумеется, вы не дождетесь от меня признания.
Олсен почувствовал, что убийца у него в руках, но как доказать это на суде? Буера забрали в полицейское управление в Эдмонтоне, где опытный инспектор полиции Хенкок предложил Вернону признаться во всем.
— Вы так думаете? — вызывающе рассмеялся Вернон.
