— Если вы меня поняли, тогда покажите своим солдатам пример доблести и бесстрашия.
— Слушаюсь!
Капитан Ландман положил трубку. Призрачная надежда уцелеть в этом кошмаре была мгновенно разрушена. Комендант города-крепости уверенно шагает в ад и тащит за собой всех тех, кому каким-то чудом удалось выжить в череде непрекращающихся боев.
Офицеры, стоявшие рядом, с надеждой ждали ответа генерала и по тому, как помрачнело лицо капитана, догадались, что сопротивление будет продолжено. Вытащив письмо из кармана, Ландман порвал его на несколько кусочков и швырнул в камин. Теперь держать при себе письмо в качестве оберега не имеет смысла — оно вряд ли сумеет уберечь в этом кровавом месиве!
— Укрепляйте позиции и подтаскивайте к амбразурам боеприпасы. Они нам еще пригодятся, — напомнил капитан.
Офицеры разошлись по местам расположения подразделений, чтобы передать приказ капитана солдатам. Из подвалов, где находились склады с оружием, зазвучали команды. Солдаты торопливо, понимая, что срок затишья ограничен, волокли ящики с патронами к огневым точкам.
Генерал-майор Мотылевский посмотрел на ручные часы и отметил, что ультиматум о капитуляции гарнизона равелина закончился десять минут назад. Обещание следовало исполнять, а стало быть, придется предпринять нечто более кардинальное, чтобы принудить немцев к сдаче гарнизона.
Равелин размещался внизу, к нему вела хорошо утоптанная дорога, контролируемая тяжелыми пулеметами. Если начать его атаковать, то за пару минут можно потерять целый батальон. В других местах тоже не лучшее место для атаки — глубокие рвы, простреливаемые пулеметными расчетами; снайперы, затаившиеся у брешей. Танкам амбразуры равелина не поразить — слишком низкое расположение, следовало придумать нечто похитрее.
После короткого стука в штаб дивизии вошел капитан Велесов.
— Тебе чего? — раздраженно спросил генерал-майор. Не самое подходящее время, чтобы заниматься личными делами офицеров.
— Товарищ генерал-майор, я знаю, как можно взять равелин совершенно бескровно.
— Так уж и бескровно? — хмыкнул Мотылевский. — Мы тут головы ломаем, как эту задачу решить, а у тебя, значит, уже и готовый рецептик имеется.
— Так точно, товарищ генерал-майор, имеется.
— Давай выкладывай.
— Равелин находится под горой. Нужно наполнить мазутом бочки, поджечь их и пустить вниз, прямо на ворота равелина. Бочки разобьются о каменную стену и подожгут ее, а еще через несколько минут пламя перекинется на весь равелин. Если немцы не желают сгореть заживо, они вынуждены будут сдаться.
— Вижу, смекалка у тебя работает, капитан. Ты кто по специальности?
— Архитектор.
— Ах, вот оно что… Только где ты столько бочек возьмешь для поджога? Не собирать же нам их по всему фронту.
— В одном из гаражей стоят пустые двухсотлитровые бочки. Бензин в них был, немцы самолеты заправляли.
— Твоя задумка — вот давай ты ее и реализовывай. Обратись к танкистам за мазутом, скажешь, что действуешь по моему распоряжению. И не медли!
— Есть! Разрешите идти?
— Ступай.
— Как у танкистов с мазутом? — спросил Мотылевский у зама по тылу, когда Велесов вышел.
— Хватает, — ответил зам по тылу. — А потом, танкам сейчас особенно и некуда разъезжать.
Еще через двадцать минут пехотинцы подкатили бочки на маковку горки и по сигналу красной ракеты подожгли, после чего столкнули их разом вниз. Бочки, полыхая черным едким смрадом и тяжело постукивая на неровностях, устремились в атаку на гранитные стены. За ними узкой змейкой тянулись огненные полосы, также испускавшие черную удушливую вонь. Все более набирая разбег, бочки подпрыгивали, стучали, выбивали какую-то замысловатую дробь. Ударившись в стену, расшиблись, и через пробоины, заливая стены и землю, брызнули раскаленные горящие струи мазута. Еще через минуту равелин полыхал. Узкие языки пламени расползались по стенам, проникали вовнутрь. Тяжелый черный дым не давал продохнуть, казалось, сжигал легкие. Внутри равелина полыхнул пожар, быстро распространявшийся по многим помещениям. Горели перекрытия, слышался треск крошившегося камня. Пройдет несколько минут — и на месте равелина останется лишь пепелище.
Приникнув к стереотрубе, капитан Ландман внимательно наблюдал за приготовлениями русских (они всегда были хитры на выдумки, что же придумают в этот раз?). Под защитой танков и бронетранспортеров штурмовики подкатили на вершину горы двухсотлитровые бочки и установили их в ряд. Подожгли бочки и столкнули их вниз, прямо на ворота равелина. Они полыхающим тараном устремились на крепость, сокрушая те немногие преграды, что встречались на их пути: ломали кусты, перепрыгивали через тела убитых, подминали под себя металлический хлам и, оставляя за собой длинный шлейф огня и дыма, стремительно приближались к крепости.
