— Was machst du hier?[6] — продолжал спрашивать Михаил Велесов, держа немца на прицеле. «Столяр, значит». Трудно этого типа представить с рубанком в руках. Выправка кадрового военного, и во взгляде присутствовало нечто такое, что отличало гражданского человека от служивого.
— Die Artillerie feuerte. Ich versteckte mich vor ihr im Keller[7], — поспешно заговорил мужчина.
Разведчики обступили немца. На первый взгляд опасности он не представлял.
— Warum nicht im Volkssturm? Sie sind älter als du kämpfst[8].
— Ich habe eine Geisteskrankheit[9].
— Du siehst nicht sehr nach einem Trottel aus[10], — засомневался Велесов. — Обыщите его.
Привычно, как проделывал не однажды, Чирик умело обыскал немца: постучал по карманам, провел ладонями по бокам и по ногам. Распрямившись, доложил:
— Ничего нет, товарищ капитан.
— Странный гражданский попался.
— Может, его в сборный лагерь отправить? Пусть там им Смерш занимается.
— Отведем его в штаб. Пусть решат, что с ним делать.
Командир штурмовой группы майор Бурмистров и начальник штаба полка майор Князев дожидались последних донесений от разведки. Первые две группы уже подошли, нового ничего не обнаружили, лишь подтвердили прежние разведданные: все стороны форта хорошо укреплены, подходы к нему заминированы, колючая проволока в несколько рядов. А значит, самое разумное — наступать со стороны главных ворот, подорвав фундамент.
Неожиданно в дверь штаба постучали, и после разрешения войти в комнату ступил караульный.
— Товарищ майор, разрешите обратиться к начальнику штаба.
— Разрешаю, — проговорил Бурмистров.
— Товарищ майор, — обратился он к начальнику штаба, — из форта «Раух» пришли три человека, утверждают, что они из польского сопротивления, хотят сказать что-то очень важное.
— Каким образом они прошли через посты? — удивленно поднял брови майор.
— Они на боевое охранение натолкнулись, и их чуть сгоряча не пристрелили. Хотят поговорить с вами.
— Пригласи.
В комнату вошли три человека в гражданской одежде. Старший, которому было около пятидесяти лет, был одет в черное длинное пальто; двое других, помладше лет на пятнадцать, носили тужурки. Все трое дружно поснимали шапки, а тот, что был постарше, заговорил на хорошем русском языке:
— Здравствуйте, паны! Мы тут по важному делу к вам…
— Здравствуйте, товарищи, что вы хотели нам сообщить? — перешел сразу к делу начальник штаба, подчеркивая тем самым, что время дорого.
— Паны, мы из польского сопротивления. Таких, как мы, в городе немало. Мы знаем, как меньшей кровью захватить форт «Раух».
— Так, — внимательно посмотрел на вошедших начальник штаба.
— Вот эти два пана, — показал старший на товарищей, — работали в крепости «Раух» на подземном заводе. Бывали они и выше, где размещаются солдатские казармы. Они прекрасно знают расположение помещений в форте и могут начертить схемы сооружения со всеми коммуникациями, отсеками, казематами и цехами.
Майор Князев с интересом посмотрел на двух поляков, внимательно вслушивающихся в диалог.
— Это правда? — спросил начальник штаба.
— Правда, — ответил один из них, узколицый, хмурого вида, с крупными темными глазами. — Мы вдвоем работали в подземном военном заводе, собирали кумулятивную боевую часть для «Панцерфауст-30».
— И много у немцев этих панцерфаустов?
— Собрано несколько сотен. Большая часть склада находится в подземных этажах.
— Немало, — удивленно протянул Князев. — Можете нарисовать нам схему всех этажей?
— Сумеем, — охотно откликнулся темноглазый.
— Как тебя зовут?
— Войчех Ковалевский.
— Давай нарисуй нам, Войчех, что там в здании располагается. — Майор пододвинул Ковалевскому большой кусок ватмана, на котором лежал синий карандаш.
Умелыми быстрыми движениями тот принялся разрисовывать ватман. Было видно, что чертежное дело ему хорошо знакомо.
— Вот это нулевой этаж, в нем размещаются казармы. Одна казарма в левом углу этажа, — обвел он карандашом помещение, — а другая в самом центре. Каждая из них рассчитана на сто человек. Между ними находится оружейная комната. А вот дальше по коридору с правой стороны склады с вооружением. Здесь и вот здесь, — начертил он перегородки, — тоже складские помещения. В одном из них продукты, а в другом инвентарь. Выше, на первом этаже, устроены пулеметные и огнеметные позиции. Тут минометы, — уверенно указал он место размещения батальонного миномета. — Две лестницы, одна с этой стороны, а вторая — с другой. Обе лестницы ведут в цехи. На этом же этаже работает мощная электростанция. Света от нее хватает на все здание.
Начальник штаба понимал, что в его руках находится ценная информация, которая позволяет ему взять форт в кратчайшие сроки и с наименьшими потерями. Детальнейшим образом был расписан каждый этаж, где наглядно были показаны наиболее уязвимые места крепости. Как выяснилось, стены «Рауха» тоже имели разную толщину, на что поляк обратил особое внимание, указав места наиболее тонкой кладки.
— В каком месте лучше пробить стену? — задал вопрос Бурмистров.
