— Артиллерии лучше всего бить под кровлю первого этажа. Три месяца назад в форте проводились реконструкторские работы: менялись перекрытия, укреплялись балки… А вот в этом месте произошло небольшое обрушение стены, — обвел он уязвимый участок сооружения синей жирной чертой. — Стена толстая, но она не очень хорошо укреплена. Если ударить из мортиры метра на два повыше от земли, то будет пробоина.
— Спасибо, вы нам очень помогли, — пожал Князев ладонь каждому из поляков.
— А во сколько часов вы думаете штурмовать крепость? — неожиданно спросил третий, стоявший чуть в стороне. Теперь было понятно, что он самый младший из них. Возможно, отсюда некоторая робость.
— В четыре часа утра. А что?
— Мы родились в этом городе и знаем здесь каждый камень, каждую тропу, — с жаром заговорил молодой поляк. — Мы можем провести ваши отряды по тропинкам, где не будет немецкого охранения. В городе есть два подземных хода, о которых немцы даже не догадываются. Один из них приведет вас к самым стенам форта. Лет пятнадцать назад, будучи мальчишками, мы лазали в нем, но потом подземный ход завалили. Недавно я решил проверить его, и оказалось, что сточными водами вымыло камни и образовалась дыра. Мне удалось проползти до самого конца подземного хода.
— Он широкий?
— Да. Через него можно протащить даже пулемет.
— Прохор, не возражаешь против таких проводников? — бодро поинтересовался майор Князев у Бурмистрова.
— Буду рад всему тому, что позволит нам взять крепость в кратчайшие сроки и с наименьшими потерями.
— Пан, только у нас еще одна просьба, — произнес седой поляк.
— Говорите.
— У нас в городе есть отряд, который хотел бы сражаться за свою землю против немцев. Наши люди обучены, многие пришли из армии и уже воевали против немцев, вот только у нас мало оружия. Вы нам поможете?
— Разве мы можем отказать людям, которые хотят освободить свою землю от захватчиков? — удивился майор Князев. — Оружие мы вам предоставим. А теперь идите отдыхайте, когда будет нужно, мы вас позовем. Коля, отведи гостей в землянку, — сказал он ординарцу.
— Есть, товарищ майор, — козырнул ординарец. — Пойдемте, товарищи, со мной. Только поосторожнее, здесь у нас пол проломан.
Неожиданно дверь отворилась, и в комнату вошел капитан Велесов, подтолкнув вперед немца со связанными руками.
— Вот, товарищ майор, взяли в подвале соседнего дома. Отсиживался, — доложил Велесов. — Говорит, что гражданский, вот только на гражданского он как-то не очень похож… Может, переодетый эсэсовец?
— Сейчас проверим, — сказал начальник штаба полка. Повернувшись к Войчеху Ковалевскому, спросил: — Вы случайно не встречали в гарнизоне этого человека?
Войчех подошел поближе к немцу, с минуту разглядывал его заросшее щетиной лицо, а потом сказал:
— Это Ганс Шальке, командир пехотного немецкого батальона в форте «Раух». Он часто спускался в наши цехи. Одно время он был даже ответственным за производство «Панцерфауст-30».
— Вот оно что, — невесело хмыкнул Велесов. — А нам он другое напел. Хотя кто он на самом деле, было понятно с первого взгляда. Warum hast du gelogen? Sie wurden von polnischen Arbeitern identifiziert. Sie sind ein Infanteriemajor, Bataillonskommandeur. Sie verteilten sich von Positionen[11].
— Ich bin in der Tat Major der Infanterie Hans Schalke undIch möchte in Übereinstimmung mit der Genfer Konvention vom 29. Juli 1929 über die Behandlung von Kriegsgefangenen behandelt werden[12].
— Что он там лопочет, товарищ майор?
— Говорит, что действительно майор пехоты, и требует, чтобы с ним обращались уважительно, согласно Женевской конвенции по военнопленным от 27 июля 1929 года.
— Ишь ты, гуманист какой выискался, конвенцию вспомнил. А когда они наших военнопленных десятками тысяч расстреливали, что-то никто про эту Женевскую конвенцию даже не вспоминал. А потом, он не военнопленный, взят не в бою… Он дезертир! Его свои за побег шлепнут! Вы можете идти, товарищи, — сказал Князев полякам. — Спасибо за содействие. Будем сражаться вместе, плечом к плечу.
— Спасибо, паны! — с чувством произнес Войчех Ковалевский и зашагал к двери, увлекая за собой товарищей.
— Боевые хлопцы, — посмотрел вслед удаляющимся майор Князев и, повернувшись к Велесову, спросил: — Так как прошла разведка? Что выяснили?
— Обнаружили на бронеколпаках люки, — ответил Михаил. — Через них вышла разведгруппа и направилась в сторону Цитадели. Форт лучше взять без предварительного артобстрела, чтобы немцы не догадались о предстоящем штурме. Нужно захватить люки, а далее штурмовая группа овладеет всеми подходами к форту: спустится через люки внутрь крепости и будет уничтожать фрицев с верхнего этажа по последний. Как это сделать, у нас есть опыт, поднаторели воевать в городских условиях.
— Схема форта тоже лишней не будет, — показал начальник штаба на разрисованный ватман. — Выяснилось, что у фрицев имеются слабые места в обороне. Этим мы тоже воспользуемся. Доложу о результатах вашей разведки командиру полка, а дальше мы решим, что делать. Затягивать со штурмом не станем. Время не терпит. А сейчас отдыхайте.
