— Вы меня спрашиваете?
— Кого же еще?
— Когда он вернется? — спросил я.
— Кому же это знать, как не вам? — с горькой иронией сказала она.
Разговор шел как-то не так.
— У вас есть пепельница? — спросил я.
Она встала, взяла с подоконника чистую пепельницу и протянула ее мне.
— Как он выглядел? — спросил я, глядя на нее снизу вверх. — Светлый шатен, в светло-сером костюме, примерно моего роста и возраста, так?
Она внимательно смотрела на меня, как будто сравнивала или старалась припомнить. Я протянул руку, взял у нее пепельницу, держал, чтобы она могла стряхнуть пепел со своей сигареты. Смотрел на нее. Хрупкая блондинка, кажется, не крашеная, темные ресницы и темные глаза, и я подумал, что сейчас она узнает во мне другого.
— Как вы, — сказала она, — а рост трудно было определить сверху, из окна. Кажется, высокий, но тот, другой был выше. Тот просто был длинный.
— В бейсбольной кепке? — спросил я.
— Да, вы его знаете?
Я не стал ей говорить, что он мертв.
— Как это было? — спросил я.
— Он пошел на вокзал, — сказала девушка. — Магазины были уже закрыты, и он пошел на вокзал. Там есть буфет. Там обычно большая очередь, и я не ждала его слишком скоро. Однако буквально через десять минут кто-то позвонил в дверь. Даже если бы не было очереди, он не смог бы так быстро вернуться. Я подумала, что если это все-таки он, то он еще раз позвонит, и правда, кто-то позвонил, но я опять засомневалась. Тем более, что, уходя, он взял со стола бумажник, а больше он ничего забыть здесь не мог. Но я вспомнила, что может придти еще один человек. Ко мне. Я подошла к окну посмотреть и, если окажется, что это он, то окликнуть. Здесь так не видно, но если влезть на подоконник... Я увидела, что внизу, напротив стоит человек, этот, длинный, и курит. Спустя минуту или две к нему подошел тот, в светло-сером костюме и они о чем-то заговорили. Потом они посмотрели вверх, сюда, мне кажется, что на наши окна — хорошо, что я перед этим выключила свет. Я все-таки спрыгнула на пол. Ходила здесь, ждала. Потом я снова подошла к окну. Туда, вдоль мне было видно. Этот длинный стоял там один. Он опять достал сигареты и хотел закурить, но вдруг сорвался с места и бросился вперед, через дорогу и, кажется, к воротам. Туда, — она махнула рукой.
Я встал, мы подошли к окну. Противоположный дом был виден только до второго этажа, но влево и вправо достаточно просматривался мощеный переулок. Какие-то двое прошли по нему в сторону площади. Она показала в противоположную сторону.
— Мне стало страшно, — сказала она. — Я заметалась по комнате, не знала что делать, а потом я услышала, как в переулок — мне показалось, что из-под арки — выехала машина. Женя так и не пришел.
Она прошла к своему табурету и села.
«Этот длинный, — подумал я. — «Бутлегер». И он носил Вишнякову наркотик. И Стешину тот морфий тоже он. Филантроп. А Торопов? Не был ли Торопов наркоманом?»
— Не был ли Торопов наркоманом? — спросил я девушку.
— О, что вы! Совсем нет. Совершенно нормальный человек. Если не считать его страхов. Но вы же видите: для этого у него были причины.
— А эти страхи... Как давно они появились?
— О, с самого начала! — воскликнула она. — Но мы недавно знакомы.
— Как вы познакомились?
— Случайно, но очень кстати. И для меня, и для него. Тогда, после этой прогулки на теплоходе... Там случилась какая-то драка. Мне нужно было стоять на месте, но я растерялась, а потом мы не нашли друг друга, и я осталась одна. Я оказалась в таком положении... Он сказал, что не хотел бы гулять один, потому что одинокие люди подозрительны. Он сказал это как бы в шутку, но что-то было такое... Я сначала подумала, что у него те же проблемы, но оказалось, что он ленинградец и у него даже есть квартира, но он не может вернуться туда. Он сказал, что ему трудно преодолеть себя, решиться пойти домой, сказал, что у него страхи, что у него такое психическое состояние, но позже выяснилось, что это не совсем так. Страхи были, но он знал, чего боялся — просто не хотел напугать и меня. Я предложила ему свою помощь. Не совсем бескорыстно, но мне действительно было некуда деться.
— И вы пошли с ним.
— Не сразу. То есть я решила, что пойду, тем более, что, и правда, было похоже, что он нуждается в помощи, а не ищет... Ну, вы понимаете, о чем я.
— Понимаю. И он действительно ничего...
