Дверь с изображением солнца закрылась, и девочки оказались перед главой Объединённого ордена. Эльда – уже в третий раз, а Шани – впервые. Она молча оценивала представившееся ей зрелище, а Полумрак засветился ярче. Здесь было царство Лучезара, он это почувствовал, но не собирался мириться с второстепенной ролью. Оценивал обстановку точно так же, как его хозяйка.
Палария жестом сняла зеркальную плёнку с девочек, поклонилась Ферре:
– Они здесь, госпожа.
Эльда с удивлением заметила, что их проводница заволновалась. Только что она была собранна и невозмутима, но едва дверь за ними закрылась, Палария будто сбросила маску спокойствия.
Ферра сказала:
– Спасибо, моя дорогая. Я должна попросить тебя, что бы здесь ни происходило, поддержать меня.
Палария застыла, вопросительно глядя на госпожу.
– Не сомневаться в моём выборе и решении. Ты должна. Обещай. – Голос Ферры звучал ровно и властно, и в то же время в нём была слышна нежность к верной спутнице.
Чара Палария склонила голову, Эльда заметила, как по щекам её потекли слёзы. Что тут происходит?
– Обещаю, моя госпожа.
Ферра кивнула, Палария отступила в сторону, не вытирая слёз. Шани проводила её озадаченным взглядом, потом посмотрела на сестру. Они обе ничего не понимали.
– Подойдите ко мне, мои маленькие девочки, – позвала их Ферра. – Мы с вами должны многое обсудить. Садитесь рядом со мной, вот кресла. Очень приятно познакомиться с тобой, Шанита Червон, избранница Полумрака. Приветствую и тебя, Полумрак, сильнейший из разрушителей, сердце чёрной лилии, Воитель темноты. Будьте как дома.
Эльда и Шани поклонились старой женщине, пронизанной лучами света, словно иглами. По крайней мере, так показалось Эльде. Струны-волосы явно забирали у неё последние силы, но Ферра как-то держалась. Девочки сели в кресла рядом с ложем, которое уже восстановили после трясения.
– Маленькие мои, спасибо, что вы пришли, – сказала Ферра, улыбаясь тонкими серыми губами. – Мне нужна ваша помощь.
Девочки переглянулись. Эльда потянулась к камню, но нащупала лишь медальон с пустышкой внутри. Какая от неё может быть помощь? Какая польза?
– Как ты переживаешь расставание с Волимиром? – будто прочтя её мысли, спросила Ферра.
Эльда вздрогнула, подняла глаза. Ответила как всем:
– Хорошо.
Но старая женщина покачала головой:
– Я знаю, девочка, что в таких делах не бывает хорошо. Но это и не нужно. В жизни не получается так, чтобы всё время было хорошо. Бывает и плохо. Весь вопрос в том, как мы переживаем плохие и хорошие времена. Только это важно. Полагаю, ты себя чувствуешь сейчас опустошённой и потерянной. Правда?
– Да, госпожа чара. А как вы себя чувствуете?
Ферра натянуто улыбнулась.
– Не могу ответить «хорошо», моя маленькая. В последнее время жизнь только и делает, что испытывает меня на прочность, и плохие времена для меня затянулись. Мы с Лучезаром держимся… Вы удивляетесь, почему я ещё жива… – Ферра посмотрела сначала на Эльду, а потом на Шани. – Все удивляются, а секрет очень прост. Эльда видела его, когда приходила сюда в первый раз. Правда, моя хорошая? Ты ведь заметила?
Эльда вспомнила, что она тогда видела. Когда Ферре стало плохо, вокруг её сердца запульсировало белое кольцо. Другая сила. Не энергетиков.
– Ваше сердце защищено, – сказала она.
– Да, милая, оно защищено целителями, – едва кивнула Ферра. – Я так и думала, что ты догадаешься, у тебя ведь особое зрение. Было.
– Было, да… больше я ничего не вижу.
– Это не беда. Не беда, моя девочка.
– Я не поняла, о чём вы говорите, – вставила Шани. Она сидела в закрытой позе, скрестив руки и положив ногу на ногу, и настороженно всматривалась в Ферру.
– Моё сердце давным-давно в ловушке, – сказала Ферра. – Целители сделали так, чтобы защитить его от… неприятностей. Теперь, когда оно хочет остановиться, силовое кольцо вновь запускает его. Снова и снова.
– А оно часто останавливается?
– Всё чаще и чаще, моя дорогая. Раньше это было раз в месяц, потом раз в неделю, теперь несколько раз на дню. Моё старое сердце давно хочет отдохнуть, а они заставляют его биться дальше.
– Но это же хорошо, разве нет? – неуверенно сказала Шани. – Вы не умираете.
– Это хорошо, когда тебе двадцать лет, сорок лет, шестьдесят… Но не тогда, когда тебе перевалило за сто, моя девочка. Сердце бьётся в поисках выхода из этой ловушки.
– Но иначе вы бы погибли.
– Мы все когда-нибудь приходим к финалу. А я… как видите, сильно задержалась. Пережила собственную смерть.
– Я вам сочувствую, госпожа Ферра, – вырвалось у Эльды. Ей было не по себе.
– Ради моих детей, ради всех, кого изгнали из Камнесада, я согласилась на такую жизнь, и я бы дальше держалась, но, девочки мои, состарилось не только сердце. Состарилась душа. А я боюсь… Да, не смотрите на меня так, я тоже могу бояться, я ведь живая… Пока. Боюсь, что душа умрёт, а тело останется, и это сердце будет биться до тех пор, пока не треснет силовое кольцо. Представьте, что будет, если бездушное тело, пустая оболочка, станет основой силы ордена.
Девочки промолчали, чара Палария тихонько всхлипывала в углу.
