Я представляла сама себя как муху, застрявшую посреди паутины. А с краев уже тянули лапы страшные мохнатые пауки: граф Лесли Уимбер, герцог ле Ферн и Эрис Аш-исси. Уже не возникало сомнений, что, по крайней мере, двое из них ведут свою игру, пользуясь мной как пешкой. Оттон ле Ферн, похоже, никакой собственной игры не вел – он просто мной пользовался по праву нанимателя. И как быть?
В который раз я пожалела, что рядом нет Рут. Мы бы могли обсудить происходящее и наверняка она бы что-нибудь придумала.
Но Рут осталась доживать в пансионе, я оказалась одна в водовороте странных игр сильных мира сего.
Единственное, что точно было правильным, так это взять себя в руки и больше никогда не ходить на вечерние прогулки в сад. Это будет означать отказ от новых и полезных знаний, которыми скупо и за определенную плату делился Эрис Аш-исси, но это же будет означать и то, что благоразумная и воспитанная в строгости Лора Кромби откажется от продолжения завязавшейся любовной интрижки с малознакомым богатым мужчиной.
Ох, знала бы матушка, чем я тут занимаюсь! Наверняка бы высказала все, что думает о мужчинах, да и о недалекой девице, которая шляется по вечерам и целуется с незнакомцем за жалкую подачку в виде очередного кусочка информации.
И тут я сообразила, что Солья вот уже несколько минут что-то увлеченно мне рассказывает, восторженно блестя глазами и отчаянно жестикулируя.
– Прости, не могла бы ты повторить? – попросила я, невольно заливаясь краской.
– Я так и знала, что вы не слушаете! – возмутилась девочка, но все-таки начала свой рассказ по второму разу.
– Когда я вырасту, – многозначительно заявила она, – я обязательно убегу из замка в степи, к Диким.
Я лишь руками всплеснула.
– Ты с ума сошла, Солья! Когда ты вырастешь, твой отец… герцог ле Ферн отвезет тебя ко двору, чтобы выдать замуж за благородного и богатого мужчину.
– Это будет ужас как скучно, – возразила Солья, – я буду там такой же пленницей, как здесь. А там… – Она мечтательно прикрыла глаза. – Там свобода. Идешь, куда хочешь. Или вскочишь на спину обращенного Дикого, и он везет тебя, куда прикажешь.
– И кто это тебе внушил такие мысли, а? – не удержалась я.
Разумеется, были у меня подозрения. Мистер Аш-исси, который наверняка нарассказывал девочке небылиц. Загадочный, побери его Тени, Аш-исси, который не считает неприличным или зазорным показываться в спальне совсем юной девицы. Сама девица, правда, так и не призналась в его визитах. Маленькая врушка! Вот и сейчас…
– Я сама знаю, – не смутившись, соврала Солья.
– Дикие тебя зажарят и съедят, – подытожила я, – и вовсе не будут тебя катать на спине, как тебе это мечтается. Да и вообще, мисс ле Ферн, что за глупые, недостойные дочери герцога фантазии? Зачем же мы тогда учим заклинания реставрации? Они ведь нужны для того, чтобы ты могла поддерживать в порядке дом, в который тебя приведет муж. Вернуть цвет выгоревшим портьерам, обновить стершуюся обивку дивана…
– Не съедят! – буркнула Солья и сердито надула губы. – И вообще, я буду их королевой, понятно?
И показала мне язык.
Я вздохнула, испытывая сильнейшее желание спуститься сегодня в сад и закатить скандал мистеру Аш-исси. Ведь наверняка это он внушает девочке всю эту чушь. Королевой, как же!
В этот миг в соседней комнате раздались тяжелые шаги, и мы с Сольей торопливо уткнулись носами в схемы. А я на всякий случай пощупала собственное запястье, чтобы убедиться, на месте ли браслет. Дернулась было распустить волосы, но сообразила, что сейчас идет урок и что уроки я провожу с Сольей, а не с герцогом.
Оттон ле Ферн задержался в дверном проеме, глядя на нас. Он был привычно одет, вернее, полураздет. Почему-то он разгуливал по своему замку исключительно в облегающих черных бриджах и сорочке, расстегнутой почти до пояса, я уж и забыла, когда его последний раз видела в нормальной одежде. Будь в замке холодно, как в сотнях подобных замков, возможно, герцог и оделся бы теплее. Но в замке Ферн было удивительно тепло и комфортно, и ничто не могло заставить этого человека одеться так, как того требовали приличия.
Я бросила опасливый взгляд на лицо Оттона – кажется, он пребывал в благодушном настроении. Его даже не перекосило при взгляде на мою прическу.
– Занимаетесь? – Это был не вопрос, а скорее утверждение.
Мы с Сольей дружно кивнули. Опомнившись, я вскочила и торопливо сделала положенный книксен, который был воспринят довольно благосклонно. Оттон ле Ферн улыбнулся и прошел в комнату.
– Солья, детка, отдохни. Мне не хватает компании для прогулки и мне ее составит мисс Кромби.
Я невольно напряглась. Такого еще не было, чтобы урок прерывался. Что он задумал?
Между тем Солья послушно собрала со стола наши схемы и, поклонившись, быстро ушла в спальню. А я замерла, во мне как будто прорастал ледяной стебелек, распускал морозные усики по рукам и ногам. И я знала, как это называется – просто страх. После того как Оттон ле Ферн оттаскал меня за волосы, я никак не могла избавиться от этого мерзкого, липкого ощущения в его присутствии.
