От этой мысли стало не по себе. Ведь Лорейн не хотела бы терять такого отличного напарника по лесным прогулкам. Может, она сама виновата, что позволяла себе излишнюю открытость? В конце концов, он лишь слуга, не мог же он надеяться на что-то. Немного придя в себя, Лорейн даже подумала, что ей не стоит оправдывать домыслы мужа (а может, и не только его!) и нужно поскорее возвращаться домой. Она даст Роберту время остыть, чтобы потом он выслушал ее.
Но не успела она встать со своего места, как из-за деревьев показался Иван Жданов. Он уверенно шагал через заросли, почти не производя шума. На его лице отражалась сосредоточенность, будто он выполнял важную задачу. Лорейн разглядела у него на поясе двух кроликов, а за плечом – ружье. Выйдя из леса на поляну, егерь заметил, что у него гости.
– Здоровьица, барыня! – нахмурился он. – Что привело вас ко мне? Без сопровождения…
Хотела бы Лорейн найти приемлемый ответ на этот вопрос! Ей даже почудился упрек в его словах. Она беспомощно открыла рот и снова закрыла.
Иван, видимо, что-то понял. Он нахмурился еще сильнее.
Подойдя к избушке, он толкнул дверь и сказал:
– Проходите, барыня. Выпьем чаю.
Почему-то эти простые слова вызвали новые слезы на глазах. Иван не задавал вопросов, но Лорейн чувствовала, что он на ее стороне. Даже не подумав возразить, она оказалась в жилище лесника.
Внутри было совсем мало места. Белоснежная печь занимала большую часть избы. У окна стоял выскобленный деревянный стол со скамьей. Шкаф для посуды, таз для умывания и прочие мелочи дополняли нехитрую обстановку. С печи свешивалась медвежья шкура, но больше охотничьих трофеев видно не было. На столе стояла масляная лампа, которую Иван убрал вниз. Он жестом предложил Лорейн присесть.
Опустившись на скамью, она наблюдала, как он разжигает огонь в печи. На этот раз он не стал разводить самовар, а взял небольшой медный чайник и вышел.
Она еще раз огляделась вокруг. Чисто и скромно. Егерь – очень аккуратный человек!
Вдруг на подоконнике она заметила книгу. Протянув руку, Лорейн взяла томик. «В. Л. Комаров. Флора Дальнего Востока». По коже пробежали мурашки. Неужели это та самая книга? Которую он украл вместе с фотографией? Она отдернула руку, будто могла обжечься.
Иван вернулся и поставил чайник греться, а сам принялся доставать из небольшого шкафчика посуду и угощение. Никто не произнес ни слова, пока кружки не наполнились коричневой жидкостью, пахнущей мятой.
Лорейн должна была спросить у него про книгу и фотокарточку, но язык не поворачивался. Ей страшно было узнать правду. Она бросала на егеря косые взгляды, пытаясь уловить зловещие признаки убийцы или скромность влюбленного.
Но Иван был таким же, как и всегда: простоватым, но в то же время полным достоинства и уверенности. Он задумчиво поглядывал на нее и молчал.
Сделав глоток обжигающего чая, Лорейн наконец решилась:
– К тебе Роберт утром приходил, да?
– Приходил, – коротко ответил он.
– Откуда у тебя моя фотография?
Егерь сосредоточенно смотрел в свою кружку без всякого выражения. И Лорейн успела мысленно отругать себя за вопрос. Не хватало еще, чтобы он признался ей в любви!
– Я, барыня, грамоте немного обучен. Вот и попросил у Павла Алексеича книгу. Там была ваша карточка.
Нахмурившись, он не поднимал глаз. Будто боялся, что Лорейн его в чем-то уличит. Она сглотнула.
– А Борис Вениаминов наплел ему гадости про нас, и Роберт думает…
В глазах защипало, и она умолкла, не в силах продолжить. Рыдать перед Иваном еще не хватало!
Он серьезно глянул на нее.
– Похоже, горе затуманило его разум. Сам не знает, что говорит.
– А я не знаю, как его переубедить! Он не слушает меня! – слова полились потоком.
Конечно, не с егерем говорить об этом, но Лорейн необходимо было с кем-то поговорить. Если бы был жив Павел Алексеевич, она пошла бы к нему.
– Он вообразил, что Павел Алексеевич погиб из-за меня! Из-за моей фотографии, будто ты или Эшли ее украли из кабинета и…
Внезапно до нее дошел смысл собственных слов. Если Роберт подозревает Ивана, то ему грозит опасность. Скорее всего Роберт выгонит егеря! А то и натравит полицию! Эта мысль напугала Лорейн. Внутри стало пусто. Кажется, она в самом деле к нему привязалась.
– Иван, ты…
Вдруг снаружи донеслось лошадиное ржание. Лорейн вскочила как ужаленная.
– Все нервные сегодня, – проворчал егерь.
Взглянув в окно, он добавил:
– Это к вам, барыня. Идемте!
Лорейн едва разглядела сквозь мутное стекло, как Даша спешивается с белой кобылы, а егерь уже вышел. Она бросилась за ним.
Служанка только вздохнула, поглядев на них вдвоем.
– Так и думала, что найду вас здесь! Сударыня, там беда!
– Что еще стряслось? – испугалась Лорейн.
– Роберт Палыч послал в город за полицией! Они приедут вас арестовывать!
– Меня?!
– И вас, и… – она кивнула на Ивана.
Лорейн невольно оглянулась на него.
– Плохо дело, – сдвинул брови егерь.
– Что же нам делать? – пролепетала она.
– Бежать вам надо, сударыня! – ответила ей Даша. – Да поживее! Роберт Палыч сам не свой, может вас и в подвал посадить!
– Но куда мне идти? – воскликнула Лорейн сквозь подступающие слезы.
