Увы, увы, не всем нашим мечтам суждено сбыться. В моей комнате на атласном зеленом покрывале возлежало ничем не прикрытое юное создание. Девица была не в моем вкусе. Слишком маленькая грудь. «Лотосовые ножки» с загнутыми под ступню пальцами у меня, как европейца, вызывали чувство отвращения. Но мой сразу оттопырившийся «приятель» явно не был со мной согласен. Сволочь, Леонид! Даже не предупредил заранее, и вот, нажравшись всяких афродизиаков, я совсем не способен управлять отдельными частями собственного тела! Прости, Татьяна, не виноватый я!..
Трое суток мы зависали в усадьбе. Гм… отсыпались, отъедались, купались в бассейне. На четвертый день Наумов, взяв у хозяина велосипед, поехал в Харбин на разведку, благо до города было всего десять верст, к вечеру он обещал вернуться. Честно говоря, я и сам был не прочь поехать с ним, но Леня почему-то категорически отказался от сопровождения.
Наумов прибыл ближе к вечеру на легковом автомобиле.
– Собирай вещи! – весело заявил он. – Кончилось наше сидение. В Мукдене заваруха, Чжан Сюэлян стягивает к Южно-Маньчжурской дороге верные ему войска. Прямого розыска преступников никто не ведет. Японцы в растерянности. Так что появилась возможность ночным экспрессом убраться из Харбина.
Как мы ни торопились, гостеприимный хозяин все же навязал нам прощальный ужин.
– Нельзя просто так взять и уехать, хозяин обидится. Вполне возможно, мы еще не раз воспользуемся его услугами, – пояснил мне Леонид и, слегка помявшись, добавил: – К тому же он мне до сих пор не возвратил залог за грузовик.
Наскоро поужинав (без всяких там кошек со змеями), я пошел укладывать вещи в машину, а Наумов остался торговаться с китайцем. Торг продолжался долго. Сидя в автомобиле, я даже успел задремать, когда из дома выскочил порядком обозленный Наумов.
– Время тянул, сволочь! – сквозь зубы прошипел он, взлетая на водительское сиденье, и, уже выехав за ворота, продолжил: – Сначала Ваньку валял, мол, не понимает, за что он должен отдать мне деньги. Да за восемьсот долларов в сутки я арендую океанский лайнер! Понадобилось полчаса, чтобы старый хрен наконец уяснил, что номер не пройдет, и еще столько же пришлось ждать, пока принесет деньги! Подозрительно все это.
«Подозрительность с налетом паранойи», – усмехнулся я про себя и остался бы при своем мнении, если б минут через семь мы не нарвались на засаду…
Наумов резко затормозил и шепотом выругался.
– В чем дело? – спросил я, оглядываясь по сторонам.
– Смотри вперед. Пока старик заговаривал нам зубы, его посыльный успел предупредить бандитов.
Впереди, метрах в трехстах, перед нами поперек дороги лежало толстое бревно. Отличное зрение у товарища Наумова! Сомневаюсь, чтобы я в вечерних сумерках сразу заметил преграду с такого расстояния. Бревно уложено со знанием дела. Как раз с этого места по обе стороны дороги начинались посадки гаоляна. Объезд невозможен – кругом кочки, рытвины и свежевспаханные поля.
То, что по нам еще не стреляли, объяснялось как раз плохой видимостью цели. При первом же неудачном выстреле мы спокойно можем повернуть назад. А, кстати, почему нам так и не поступить? Видимо, такая же мысль посетила голову моего товарища. Машина развернулась, и мы помчались назад к гостинице. Ворота на удивление быстро открыли, правда, не во всю ширь. После пятого гудка одна из створок слегка отъехала и в проеме показалась не слишком обремененная волосяным покровом голова хозяина усадьбы.
– Сто забила капитана?
Наумов ухватил китайца за воротник и мгновенно выдернул его за створки ворот.
– Твою голову тебе же в задницу забыл забить. Ты что же думаешь, раз за ворота выехали, так с тебя и взятки гладки? Шалишь, мужичок. Короче, сейчас с нами поедешь, и молись своим богам, чтоб хунхузы, прежде чем палить, твой голос услышали.
– Но, но, ребята, стойте, где стоите! – предупредил Леня внезапно появившихся в воротах двух здоровых китайцев – очевидно, телохранителей старичка. Парни, скорее всего, не поняли ни слова, но в герои не полезли. И немудрено, кто же с голыми кулаками на пушку полезет? Курок нагана я взвел, лишь только ворота раскрываться начали.
Мудрый хозяин поместья, очевидно, вспомнил про бойцов, недавно посещавших его скромную обитель, и, оценив нашу решительность, посчитал, что худой мул все же лучше дохлой лошади. Старик немедля отослал своих людей и покорно уселся на переднее сиденье «форда», я устроился сзади и машина, мигнув фарами, помчалась в сторону города. Надо ли объяснять, что нас безропотно пропустили? Лишь только китаец заголосил, на дорогу выбежали два амбала и скоренько убрали бревно. Старик не последняя шишка в округе, раз его с первого вопля послушались. Усугублять ситуацию мы не стали и на окраине города с миром отпустили старого мерзавца.
