Автомобиль мчался по дороге, глотая километры. Правда, такая гонка продолжалась недолго. Вскоре дорога заполнилась крестьянскими повозками, и нам поневоле пришлось снизить скорость. Циркуляция воздуха в кабине сразу сошла на нет. Температура заметно повысилась.
«В кабине явно за сорок, а под наглухо задернутым тентом ребятам вообще несладко». – Только я так подумал, как по крыше кабины резко застучали.
– Тэн Юйсян скончался, – мрачно произнес вернувшийся в кабину Наумов.
От трупа решили избавиться и при первой же возможности, свернув с дороги, помчались к ближайшей сопке. По словам Наумова, неплохо изучившего пути отхода, невдалеке от сопки имелся заброшенный карьер. В нем мы и похоронили бедолагу, просто завалив камнями…
После полудня грузовик свернул с проселочной дороги и остановился невдалеке, у ворот богатой усадьбы. Леонид дважды нажал на клаксон, ворота открылись, и мы очутились в раю. Нет, нет, не в буквальном смысле слова, куда уж там… Просто после голых сопок, кое-где покрытых скудной растительностью, – густой тенистый сад да еще с бассейном, наполненным прозрачной водой, казались райским местом. Да и сам дом производил приятное впечатление. Нас встречали – маленький, лоснящийся от жира китаец с длинной косой, часто кланялся, распяливая рот в улыбке до ушей:
– Проходи, капитана, сейчаса есть мала-мала будем.
Внутреннее убранство дома соответствовало внешнему виду: на полах богатые ковры, беленые стены украшены красиво нарисованными иероглифами в рамках красного дерева, низкие ложа расцвечены шелковыми покрывалами…
– Что это за заведение? – тихонько спросил я Наумова, когда мы вышли на просторную террасу.
– Считай гостиница. Снял ее на неделю.
– И сколько заплатил, если не секрет? – спросил я, оглядывая роскошно сервированный стол.
– Лучше не спрашивай, но с тебя сто долларов.
– Что? Да за сто долларов можно полмесяца в местных борделях развлекаться.
– Интересно, откуда такие познания? – усмехнулся Леонид.
– Серьезно готовился к выполнению задания, – скромно заметил я.
Вся группа расселась за столом. Бойцы, засучив рукава, жадно набросились на еду. Меж тем распорядитель монотонной скороговоркой что-то бормотал по-китайски.
– Что он говорит? – спросил я.
– Перечисляет названия блюд, – ответил Наумов, с аппетитом пожирая какое-то тушеное месиво и, не отрываясь от еды, стал переводить: – Утка по-пекински, свинина в кисло-сладком соусе, пельмени из енота с кунжутным маслом, «битва тигра с драконом», кстати, именно это блюдо ты сейчас и ешь.
– Хорошее сочетание, – одобрительно заметил я, обгладывая хрящик. – Кролик с угрем м-м… Это нечто!
– Ага, кошак со змеей прекрасно сочетаются.
Недрогнувшей рукой я положил себе добавки и облизнулся.
– Смелый мальчик! – восхитился Леонид. – Еще из вон той бутылки винца отведай и сразу поймешь, почему с тебя требуют сто долларов за проживание.
Деревянные палочки с зажатым меж ними куском мяса зависли в воздухе.
– Ты на что намекаешь?
– Жаркое – прекрасный афродизиак, а если отведаешь винца, настоянного на змеиной печени, то и распорядитель пиршества покажется тебе вполне милым.
– Што, дрючить эту образину?! – в притворном ужасе я замахал руками.
– Ну, не настолько все плохо. Девочки вполне симпатичные, обслужат. – Наумов подмигнул. – Не бойся, не сдам. Надо же бойцам невидимого фронта хоть изредка развлекаться за государственный счет. Тем более, когда задание с блеском выполнено.
После обеда китайские бойцы, попрощавшись со мной и Наумовым, исчезли за воротами гостиницы. Лучше бы они уехали на автомобиле. Этой мыслью я поделился с Наумовым.
– Грузовик – вещь приметная, – согласился со мной Леонид, – но он принадлежит хозяину гостиницы. Залог за машину содрал знатный, но теперь точно не сдаст – сам в деле повязан.
Проводив ребят, мы с удовольствием, прямо нагишом, поплескались в бассейне, при этом я ни на секунду не упускал из виду собственные кальсоны, «заряженные» долларами. Да и Наумов нет-нет, да и кидал взгляд на личные пожитки, брошенные на краю бассейна. Видимо, и у него было за чем присматривать.
Нас никто не беспокоил. Послеполуденная жара в тени деревьев практически не ощущалась. Вода в бассейне теплая, как парное молоко, ласково убаюкивала.
«Нет, пора вылезать, иначе прямо в бассейне уснем и утопнем на радость врагам социализма», – подумал я и решительно погреб к бортику бассейна. Облачать свежевымытое тело в изрядно подванивающее хлопчатобумажное белье было неприятно, но тут ничего не поделаешь, так, в одних кальсонах, босиком я и пошлепал в здание, мечтая побыстрее улечься спать.
