Ловец Мечей полностью

«Хм», – подумал Кел. Он столкнулся с дилеммой. Конор обязательно отломил бы башенку или на худой конец циферблат от городских часов. И тем самым навлек бы на себя неудовольствие Лилибет и злобные взгляды делегации Сарта. Кел решил пожертвовать правдоподобием ради мира и спокойствия и отвернулся от сахарного города.

– Значит, Джосс, ты хочешь обсудить со мной какие-то личные дела?

Джосс, как всегда, был одет по последней моде. Он явно закапал в глаза магические капли – его зрачки имели форму крыльев. На спине шелковой туники был вышит синий шэньчжоуский дракон, позолоченный хвост чудовища лежал на плече Джосса. Но он выглядел каким-то нервным, что случалось с ним крайне редко. Понизив голос, Фальконет заговорил:

– Вообще-то, я хотел извиниться перед тобой.

Кел удивился. Джосс почти никогда не говорил серьезно и не любил извиняться.

– За что?

– За тот вечер. Когда Шарлон высмеял принцессу из Сарта.

Кел бросил взгляд в сторону обеденного стола. Перед Луизой поставили блюдо пирожков с разными начинками: персиковой, грушевой, вишневой. Она протягивала пирожок Вьен, телохранитель улыбалась и отрицательно качала головой.

– Луиза, – произнес Кел. – Ее зовут Луиза.

– Я хотел, чтобы ты знал: я понятия не имел о том, что затеял Шарлон. Об этом танце. И Монфокон тоже, хотя, по-моему, он решил, что это было забавно.

– А как же. Он наверняка подумал, что это отличная идея, – процедил Кел. – Меня удивляет только то, что Шарлон не угодил тебе.

– Я видел, что тебе это не понравилось, – ответил Джосс, пристально глядя Келу в глаза.

Кел до этого момента не задумывался о том, была ли Конору неприятна жестокость Шарлона; он почему-то решил, что принц слишком занят своими неприятностями и слишком зол на сену Анессу для того, чтобы думать о чувствах и проблемах других людей. Но, возможно, он был несправедлив к принцу. Джосс слыл человеком наблюдательным и замечал то, что ускользало от Монфокона и Ровержа; помимо всего прочего, он хорошо знал Конора.

– Я понял, что тебя это задело… И я хочу сказать, что… неважно, что я думаю о поступке посла Сарта… может, мне и хотелось бы, чтобы все обернулось иначе, но я с тобой, несмотря ни на что. Я верный слуга Дома Аврелианов, но я предан прежде всего тебе.

– Значит, – произнес Кел, – если я захочу, чтобы все вы, все аристократы Горы, относились к Луизе с уважением, как к будущей королеве, ты постараешься повлиять на них?

– Да, хотя это будет нелегко. Люди и раньше недолюбливали Сарт, а после этого грязного трюка их просто ненавидят. Но, – быстро добавил Джосс, – я попытаюсь. Я умнее большинства из них, так что, надеюсь, все будет в порядке.

– И вдобавок ты очень скромный человек, – коварно произнес Кел. – Этого у тебя не отнимешь.

Джосс усмехнулся.

– Я хотел еще кое о чем спросить у тебя, – сказал он. – Насчет той девицы, внучки Майеша. Той, которая танцевала на приеме у Шарлона…

Он замолчал на полуслове и изумленно уставился куда-то за спину Келу. На парчовый рукав Кела легла морщинистая рука.

– Не уделите мне минуту, ваше высочество? Мне нужно побеседовать с вами наедине, – произнес Матье Гремонт.

Джосс поклонился и, прежде чем уйти, бросил на Кела красноречивый взгляд. «Потом ты мне расскажешь, что ему понадобилось».

Кел обернулся к Гремонту. Старик беспокойно озирался; видимо, ему очень не хотелось, чтобы их разговор подслушали.

– Наедине, – повторил он и откашлялся. – Может быть, нам стоит выйти…

– Это насчет Артала? – спросил Кел. Он знал, что не должен спрашивать, потому что это было нехарактерно для Конора, но ничего не мог с собой поделать. – Он возвращается? Скоро?

Гремонт не смотрел ему в лицо.

– Можно сказать и так, – ответил он. – Через несколько недель, если верить письмам. У него были дела в Кутани. Но я хотел поговорить с вами не об Артале, – быстро добавил старик. – О другом.

– Мой дорогой господин Гремонт, – своим самым любезным тоном произнес Кел, – разумеется, я готов обсудить с вами все, что вы пожелаете. – «Например, встречи с бандитами из Лабиринта. И кстати, вы там вообще бывали или это выдумки?» – Но давайте отложим этот разговор на несколько часов. Сейчас мне неудобно покидать гостей; уверен, вы меня понимаете.

Гремонт прошептал:

– Ваше высочество. Мой господин. Ждать нельзя. Понимаете ли, я хотел поговорить с вами о доверии…

– О доверии?.. – повторил озадаченный Кел, но в этот момент зазвонил колокол, означавший, что через несколько минут подадут ужин.

Гости направились к столу, и возникший рядом с Келом Майеш благосклонно улыбнулся Гремонту.

– Идемте, мой принц; вам необходимо приветствовать гостей и сесть, иначе блюда остынут.

Согласно придворному этикету Кастеллана, аристократы не имели права садиться за стол и притрагиваться к еде раньше особ королевской крови; однако Конор обычно игнорировал это правило, считая его дурацким.