Ловец Мечей полностью

К ним присоединились другие пары. Лин прислонилась к стволу дерева, смотрела на Мариам и старалась отвлечься от навязчивых мыслей. Она повторяла себе, что надо просто наслаждаться жизнью, пока есть возможность. Окружающие смеялись, беспечно болтали, радуясь предлогу собраться вместе и повеселиться.

Внезапно ей стало холодно. Холодно и страшно.

«Ты должна отказаться от своего плана, – шептал ей внутренний голос. – Ты не можешь так поступить с этими людьми. Они не виноваты в том, что махарам упрям и полон предрассудков. Это уже слишком. Наверняка существует другой способ получить то, что тебе нужно».

Возможно, другой способ существовал, но она пока не нашла его.

– Лин.

Она вздрогнула. Орен Кандель мрачно смотрел на нее сверху вниз. Какой же он высокий, подумала Лин. Ей пришлось задрать голову, чтобы взглянуть ему в лицо. Он хмурился. Короны из листьев на нем не было, и рубаха была простая, без вышивки. Он сухо спросил:

– Потанцуешь со мной?

Лин от изумления не нашлась что сказать. Она механически подала Орену руку и позволила ему увести себя на площадку. От него исходил какой-то слабый кисловатый запах, похожий на запах вчерашнего чая. Пока он неловко исполнял незамысловатые па, Лин думала о том вечере, когда танцевала в последний раз. Когда она выставила себя дурочкой перед людьми с Горы, перед ним; он, Конор, смотрел на нее горько, угрюмо…

Не Конор, сказала она себе. Принц. Она не Майеш, чтобы называть его по имени. И вообще, он ее ненавидит. Она сказала ему, что он испорченный, и вряд ли он простит ей подобное оскорбление.

– Лин, – произнес Орен неожиданно мягким тоном.

Лин даже показалось, что сейчас он скажет нечто вроде «Ты чем-то встревожена» или «Почему у тебя такой грустный вид, ведь сегодня праздник».

– Лин, ты помнишь, как я предложил тебе выйти за меня замуж?

Она едва удержалась, чтобы не поморщиться от досады, и выбранила себя. С чего это она вдруг решила, что Орена Канделя обеспокоит ее «грустный вид»? Если бы он хоть в какой-то степени обладал проницательностью и способностью сопереживать другим, она, возможно, не отказала бы ему тогда.

– Да, Орен, – ответила Лин. – Такие вещи не забываются.

– А ты когда-нибудь задавала себе вопрос, почему я предложил тебе руку и сердце? – Его темные глаза сверкнули. – Несмотря на то, что ты явно неподходящая невеста для нормального мужчины и жить с тобой будет очень тяжело?

Как там говорили Кел и Меррен? «Клянусь серым адом», – подумала Лин.

– Нет, не задавала, – ответила она. – Хотя, должна признаться, сейчас мне стало любопытно.

– Я знаю, что ты сердишься на меня, – продолжал Орен. – Я помог махараму отобрать у тебя книги.

«И просил его изгнать меня из Солта», – со злобой подумала Лин.

– Ты пока не осознаешь этого, Лин, но я думаю, рано или поздно ты поймешь. Я сделал все это только ради тебя. Ради того, чтобы помочь тебе.

– Конфискация книг не поможет мне, Орен.

– Это ты сейчас так считаешь, – возразил он, – но только потому, что заражена грехом. Ты подпала под влияние своего деда, который внушает тебе, что мирская суета важнее всего. Он хочет, чтобы ты стала похожей на этих женщин… – И он кивнул в сторону стен Солта, очевидно, имея в виду жительниц Кастеллана. – Они такие гордые, надменные, считают себя лучше нас. Но я могу спасти тебя от этого развращающего влияния.

– Орен… – Лин хотела отстраниться, но он крепко прижимал ее к себе.

– Подумай о моем предложении, – сказал он.

Его глаза сверкали, но Лин не видела в них ни любви, ни счастья. Он смотрел на нее с отвращением, смешанным с похотью, и Лин почувствовала, что ее сейчас стошнит. Он убедил себя в том, что хочет спасти ее, думала она, но на самом деле хочет лишь изменить ее до неузнаваемости. И Лин невольно сравнила его с Конором. Да, принц тогда был пьян, он не контролировал себя, он, может быть, не соображал, что говорит и делает, – но для него она была… самой совершенной, лучшей, чистой. Так он сказал.

– Я по-прежнему хочу, чтобы ты стала моей женой, – прошептал Орен. – Я хочу… Выйдя за меня замуж, ты вернешь себе репутацию добродетельной, благонравной женщины, брак со мной обелит тебя в глазах махарама и всего Солта…

– Почему? – перебила его Лин.

Орен поморгал.

– Что значит «почему»?

– Почему ты хочешь жениться на мне?

– Помнишь, – сказал Орен, – когда мы были детьми, мы играли в прятки в саду? Никто не мог тебя найти, кроме меня. Я всегда находил тебя рано или поздно. И вот сейчас ты опять потерялась, Лин. Только я могу тебя найти. Без меня ты пропадешь.

Лиор издал фальшивую ноту. Лин обернулась и увидела, что Мез смотрит на нее, вопросительно приподняв брови. «Тебе помочь?»

– Лин, – не отставал Орен, – о чем ты думаешь?

Она едва заметно покачала головой, глядя на Меза, и снова обернулась к Орену.

– Мне вдруг пришло в голову: может быть, Сулеман именно это говорил, когда убеждал Адассу заключить союз с ним и другими королями-чародеями? «Присоединяйся к нам, и будешь в безопасности. Я помогу тебе. Без меня ты пропадешь». Вполне вероятно, как ты считаешь?

Лицо Орена окаменело.