Она прорвалась сквозь кольцо гвардейцев и бросилась на врагов. Со стороны казалось, что меч – это продолжение ее руки. Он обрушился на ближайшего повстанца, и отрубленная голова покатилась по полу. Из обрубка шеи забил алый фонтан, обезглавленное тело рухнуло на колени и накренилось, как тонущий корабль. Убитый еще не успел упасть на пол, а Вьен уже спрыгнула с возвышения и устремилась в гущу схватки. Кровавые следы туфель тянулись за ней по белому полу.
Как раз в этот момент Кел появился в зале, держа наготове меч. В первую очередь он поискал взглядом Конора и заметил его рядом с Джоливетом. Золотая одежда принца была исполосована, белая меховая опушка покрылась багровыми пятнами.
Но это была не его кровь. Он не был ранен. Он нашел где-то оружие и, похоже, успел зарубить несколько человек. Конор стоял неподвижно, не сводя взгляда с Вьен д’Эсте. На нее смотрели все.
Кел никогда не видел воина Черной гвардии в бою. Ее клинок сверкал, словно молния, вырывающаяся из ладони Айгона. Вьен прыгала и вращалась, убивала врагов одного за другим, оставляя за собой потоки крови и горы трупов.
Она была северным ветром, Ветром Войны. Она была кометой из холодной стали. Она была Госпожой Смерть, которая перерубает нить человеческой жизни.
Для остальных не осталось работы. Пока Вьен сражалась, телохранители выводили аристократов во двор. Зал быстро пустел. Кел увидел за спинами гвардейцев королеву и Майеша; леди Гремонт, бледная от потрясения, опиралась на руку солдата. Фальконет и многие другие отказались от сопровождения Дворцовой гвардии и шагали, высоко подняв головы, как будто их оскорбляло предположение о необходимости охраны.
Конор заметил Кела и поманил его к себе. Кел пошел по залу, переступая через тела, стараясь не поскользнуться на алых лужах.
Услышав стон, он огляделся. Увидел разорванный рукав, седые волосы. Белую бороду, забрызганную кровью.
Кел опустился на колени рядом со стариком и сразу понял, что ничем не сумеет ему помочь. Из груди Гремонта торчал кинжал; рукоять оказалась отломана, остался только широкий клинок.
Было чудом, что он еще дышал. Кел осторожно коснулся его плеча.
– Гремонт, – пробормотал он с трудом. – Гремонт. Все будет хорошо.
Веки старика дрогнули. Глядя на Кела красными слезящимися глазами, он прошептал:
– Я же сказал вам… нам надо было поговорить. Срочно…
Он закашлялся. Кел молчал. Гремонт, видимо, принял его за Конора. Он снял талисман, но половина ламп в зале погасла, старик умирал, а у них с Конором были одинаковые глаза, волосы. Естественно, несчастный ошибся…
– Никому не верьте, – хрипел Гремонт. – Ни матери, ни советнику, ни друзьям. Никому на Горе нельзя доверять. Доверяйте только собственным глазам и ушам, иначе Серый Змей придет и за вами.
Серый Змей? Должно быть, Гремонт имел в виду Темного Провожатого, лодочника с головой змеи, который встречал умерших на пороге загробного мира и вез их в царство Анибала.
– Я не знал, что это произойдет так скоро, – говорил Гремонт. – Боги простят меня. Я не знал, когда это случится, что это начнется сегодня, но я знал, что они собираются делать. Они пришли ко мне… я не хотел… я не мог…
Старик захлебывался кровью.
Кел машинально сжал его плечо.
– Гремонт, – прошептал он. – Благодарю вас. Вы исполнили свой долг.
Но он напрасно надеялся утешить умирающего. Глаза Гремонта закатились, он судорожно вцепился в рукав Кела и испустил дух. Кел сразу понял, что старик умер, ему даже не нужно было искать пульс.
– Пусть он пройдет через дверь беспрепятственно, – шепотом произнес он молитву, уже во второй раз за этот вечер.
Кел поднялся на ноги, думая о Короле Старьевщиков. Андрейен настаивал на том, что нужно поговорить с Гремонтом. Может быть, если бы Кел прислушался к словам преступного короля, трагедии удалось бы избежать.
Он заставил себя сосредоточиться на текущем моменте. Никто, кроме него, не обратил внимания на смерть Гремонта. Сражение подходило к концу. Вьен схватилась с последним Черепом, крупным мужчиной, вооруженным зазубренным бронзовым мечом. Возможно, его уже ранили, но крови не было заметно на черной куртке, зато Вьен вся покрылась кровью. На ее лице засохли багровые брызги, платье потяжелело. Телохранительница потеряла туфлю, и ее босая нога тоже была окровавлена. Она походила на демона из кошмарного сна, однако была вполне реальна, слишком реальна.
Вьен пригнулась, увернулась от меча врага, а потом стремительным и точным ударом срезала верхушку его черепа.
Убитый повалился в лужу крови. Вьен обвела зал мутным взглядом, как будто все это время находилась в трансе и не могла очнуться. Она не сразу поняла, что сражаться больше не с кем. Кроме нее в Сияющей галерее осталась только кучка гвардейцев, легат, Кел и Конор.
И мертвые. Мертвых оказалось больше всех.
Вьен обернулась к возвышению, на котором недавно сидели гости. К счастью, кто-то вытащил из груди Луизы дротик и положил тело на стол. Она лежала среди перевернутых канделябров и разбитых тарелок и выглядела очень маленькой. Белое кружевное платье стало алым.
