– Так Том любовно называет свою машину. Считает, что она изящна, как французская принцесса.
– Разве нет? – весело отозвался Том и спрыгнул на землю, теперь уже настоящую землю, покрытую желтоватой осенней травой.
– Давно ездил на лондонском кэбе? Даже если никогда не ездил, сейчас прокатишься. Здесь все в стиле ретро, – тоже повеселев, сообщил Имс.
Антон сполз на землю и потрясенно оглянулся. Вокруг расстилался обычный Лондон, Лондон начала двадцать первого века, как он его запомнил из своих четырех поездок в Великобританию. Они находились в Вестминстере, вне всякого сомнения. Вот и дворец, вытянувшийся вдоль берега, как диковинный пирог, над которым вздымалось несколько двурогих башен, ожившая картинка цвета жженого сахара с бесчисленных коробок и банок с английским чаем. А немного позже Антон увидел и мглистые готические громады аббатства с его квадратными башнями и ажурными арками, и стены церкви Сент-Маргарет, облицованные светлым портлендским известняком, с фигурными витражами. Все как раньше. И тут вдруг Антона охватила жуткая паника, до потери дыхания: он остановился и побледнел, пожирая глазами все эту красоту, позолоченную осенним солнцем.
– Что с тобой? – тут же быстро оглянулся Эмиль.
– А с моим, моим городом что случилось? Он вообще есть здесь, в этом мире?
Том непонимающе смотрел на них обоих и нетерпеливо покусывал губы, видно было, что ему не терпится добраться до конечного пункта их пути, да и он не сильно был впечатлен появлением Антона, и история того не очень его интересовала. Но Эмиль подошел к Спасскому и крепко обнял за плечи.
– Тише, малыш, – сказал он, и Антон почувствовал, что сейчас действительно разревется, как десятилетний. – Он есть, но почти полностью под водой. Осталась только небольшая часть исторического центра. Нам повезло больше.
– Куда мы идем? – процедил сквозь зубы Спасский.
Он чувствовал, что заболевает – натуральным образом заболевает, его уже било в лихорадке. Слишком много всего для нескольких часов, слишком сильно, невыносимо!
– Мы идем в мой дом на Винсент Сквер, – ласково произнес Эмиль, не отпуская его, а ведя за собой в продолжавшемся объятии. – Тебе там понравится. Много разных интересных вещей, старинных, по-настоящему старинных, из других столетий. Кое-что из эпохи Шерлока Холмса. Шесть комнат, есть где отдохнуть друг от друга. Выпьем кофе, или чаю, или виски, и я все тебе расскажу. Мы с Томом все тебе расскажем.
Тут прозвонили колокола Биг-Бена, и Антон задохнулся от нахлынувших эмоций. О чем он думал, когда соглашался на эту аферу? Почему пошел за Эмилем, как глупая крыса за Гамельнским крысоловом? Чего он ожидал: сказки, любви, мирного будущего, захватывающего приключения, из которого выйдет победителем, без всяких потерь? Похоже, его ждала настоящая война, такой привкус тревоги носился сейчас в прозрачном, золотистом, ясном воздухе раннего сентябрьского английского утра 2080 года.
Глава 7
У Эмиля Антону сразу и бесповоротно понравилось.
Дом был большим, в нем в избытке имелись высокие потолки, широкие двери, двойные окна, громоздкие эркеры и просторные светлые комнаты, где царствовало натуральное дерево: наборный дубовый паркет, стены, обшитые дубовыми же панелями, деревянные карнизы, открытые резные стропила темного дерева на потолках. Ореховая и тисовая мебель отличалась округлыми формами, гнутыми ножками и мягкой обивкой, все кресла были глубокими и с высокими спинками, на которых красовались гербы. Прибавьте к этому посуду из китайского фарфора, тонкого, как бумага, пейзажи Тернера и Констебла по стенам, обилие цветных ламп и легких занавесей, и непременное восхищение гостей этого дома станет вам вполне понятно.
Пили виски, разумеется, у камина – огромного, доходившего почти до потолка, облицованного лазурными изразцами, с каминной доской красного дерева и крючком, где висели кочерга и бронзовые щипцы для угля. Вся современная техника, а ее тут было в избытке, как успел отследить Спасский, пряталась внутри шкафов, столов и буфетов, кроме того, Антон подозревал, что в доме затерялась целая комната с примочками, позволявшими создавать виртуальную реальность и осуществлять слежку самого высокого уровня. А здесь, в гостиной, каминную полку украшали старинные часы с веселой гурьбой резвящихся пухлых купидонов.
