Что касается блондина, на которого так пристально смотрел Эмиль, то он был затянут в черную кожу с ног до головы (что-то наподобие военной формы, подумал Антон) и улыбался во всю ширь, показывая острые белые зубы, зазывно и чуть застенчиво одновременно. Глаза у него, как разглядел Антон, когда блондин приблизился, были пронзительно голубыми и в то же время прозрачными, как родник, тонкие мелкие черты выдавали потомственного аристократа и так же парадоксально, как все в этом человеке, сочетали мужественность и женственность, мягкость и остроту. Своими скользящими, быстрыми, плавными и хищными движениями и постоянными усмешками он напоминал ласку, а иногда и змею.
– Имс! – воскликнул он, и голос у него был четкий, ровный и глубокий, довольно низкий для такого фарфорового хитрого лица.
Они с Эмилем обнялись, похлопали друг друга по плечам и нескоро разъединили объятья.
– Вернулся, – констатировал блондин. – И не один.
– Это Том, – сказал Эмиль, поворачиваясь к Антону. – Мой напарник, если можно так выразиться. У нас на службе такого понятия нет, но по-вашему это именно так можно назвать.
Через три минуты они уже втроем разместились в шаттле, Том сел на место водителя, и летающее средство рыбкой нырнуло вниз. Антон только тут понял, что находились они на одном из многочисленных уровней высотного квартала, а вовсе не на земле – вода и ночь создавали оптические иллюзии, да и Антон до сих пор чувствовал себе точно во сне.
Сейчас шаттл летел над водой не слишком высоко, но и не низко, да и не слишком быстро, и Антон жадно смотрел в окна, разглядывал проплывавшие мимо пейзажи: сплошные объемные голограммы рекламы; сюрреалистические небоскребы; мосты невиданной формы – некоторые как ажурное кружево, другие как гибкие загогулины, точно змеи, пожиравшие сами себя; такие же большие алые шаттлы, как и на воде, только летающие, пассажирами в них в основном была молодежь, и ничем по виду здешние подростки вроде бы не отличались от тех, что Антон привык видеть в своем городе, разве что… разве что кожа у них была разного цвета: золотая, красная, синяя... Впрочем, у некоторых встречалась и вполне обычная, зато татуировки покрывали все лицо, и руки, и обнаженные плечи.
– А кожа у них… она от рождения такая? – спросил он Эмиля.
Тот проследил за его взглядом и улыбнулся.
– Нет, они модничают так. Краску вводят специальную – все тело моментально окрашивает. Это что, они еще и рога, и хвосты носят. Сейчас много всяких прибамбасов.
Антон что-то промычал и снова прильнул к окну – теперь они пролетали над многоуровневым мостом, по каждому этажу которого неслись по несколько скоростных поездов – серебристых и с вытянутым носом. Вернее, пригляделся Антон, неслись они
– А как же виртуальная реальность, чипы в мозгу, встроенные в тело девайсы? – спросил Спасский еще через некоторое время. – Нам это футурологи клятвенно обещали.
Эмиль тронул за плечо Тома.
– Повернись к мальчику, покажи ему.
Том, усмехаясь, повернулся, и Антон увидел, что глаза у него теперь неестественно мерцающие, словно бы хрустальные, и, если приглядеться, можно увидеть, как в них мелькают цифры и изображения.
– Линзы с встроенным компьютером, подключенные к мировой сети, – пояснил Эмиль. – Очень просто, вы уже все это предполагали в своем времени.
– Предполагаем, – с нажимом сказал Антон. – Мы
Эмиль помолчал, покусал губы и тихонько вздохнул.
– Теоретически можешь. Но практически будет довольно сложно. Так вот, насчет встроенных девайсов – конечно, компьютеры интегрированы уже везде: в повседневные предметы, в одежду… Мир технологически сингулярен, можно сказать, что это один большой компьютер. Вы посылали по электронной почте письмо, которое адресат при желании мог распечатать, мы же посылаем друг другу стол или смокинг, можем материализовать на 3D-принтере скрипку или даже небольшой дом. Главная революция свершилась в биотехнологиях. Еще двадцать лет назад были созданы наноустройства размером с эритроцит, они двигаются вместе с потоком крови, доставляют клеткам питание, удаляют их отходы, замедляют старение... Ученые научились заменять внутренние органы кибернетическими устройствами, гораздо лучшими по качеству.
– Ого, так вы киборги?
– Можешь называть нас киборгами, неважно. Мы не совсем люди в вашем привычном понимании, конечно. Наш интеллект не так сильно, как у вас, ограничен возможностями мозга. Есть и отдельные «десерты»: например, создана некая виртуальная реальность, в которой люди могут обмениваться телами. Так что теперь в паре мальчик может побыть девочкой, и наоборот. Слепые могут видеть, люди с параличом – бегать, а с неизлечимыми болезнями – жить. Рай. Просто рай.
– То есть все люди живут со встроенными в тело компьютерами, они способны мгновенно обмениваться информацией, перемещаться из тела в тело… Это же раздолье для киберпреступников…
