У Дэвиса был самый популярный почерк — неразборчивый, он быстро выписал несколько пунктов на листе бумаги; у него были очень ловкие, подвижные пальцы. Райвен отсоединил экран от клавиатуры и придвинул к Эсперу для лучшего обзора. Продемонстрировал графики и прочую статистику на экране ноутбука: сейчас ему не нужно было посвящать Эспера в цифры, а только пояснить в общих чертах. Отметил стилусом поверх экрана ключевые моменты, на которых мистер Дош должен будет заострить внимание. Вкратце Дэвис описал, что из крупных деталей и машин вышло из строя, и уточнил у Эспера, есть ли у его шефа соображения или пожелания на этот счёт. На заготовленных листах с перечнями оборудования мужчина наставил пометок. Отлично, вот пускай Джемисон сам ковыряется в его почерке. Дэвис подвёл черту и подписал несколько строк молниеносно быстро, различной величины и наклона, да и ручку тот держал совершенно неверно — вероятно, так было удобней шифровать свои послания.
В руки Эспера попали бумаги, в которых был описан состав имущества мистера Финча. Пока наследник был занят телефоном, парень, чувствуя, как внутри поднимается жар, перебирал их. По документам имущество мистера Финча включало пилораму или, проще говоря, лесопилку — целую систему распиловки, различное оборудование, амбары для хранения, машинно-тракторный парк, цеха, относящиеся к производству деревообработки. Та самая пристройка в дому — ангар площадью свыше 7000 квадратных футов, где находилась пилорама с рельсовым путем (прим. автора: 650,32 кв. м). Кроме того, в бумагах значились помещения складов для заготовок и готовой продукции, эстакада для круглого леса. Помимо пилорамы в наследство включены земли, особняк, автомобильная недвижимость. Эспер весь вспотел, пока прикидывал в уме, каков должен быть денежный оборот в масштабах данного производства.
Карты, схемы, планы и чертежи заняли ещё минут сорок. Райвен Дэвис старался говорить доступным языком, чтобы посланник мистера Доша ничего не перепутал и мог достоверно передать боссу.
Против воли он старался не смотреть на татуировки и старательно отводил взгляд. В самом деле, это было неповторимо.
Джемисон, который в первую очередь при поступлении на работу указал Эсперу на безрассудство и уродство, что, мол, эти рисунки до старости лет сохранятся, ещё не видел Райвена Дэвиса: его татуировки были выбиты на самом видном месте, — и мысленно позлорадствовал. Джемисона будет распирать и тот надуется от натуги, но вряд ли рискнет открыто высказать своё мнение.
— Мы закончили. Можешь перекурить, если хочешь, — подводя итог, сообщил Дэвис.
Эспер, загруженный под завязку информацией, вежливо отказался, наблюдая, как Дэвис подсоединяет экран к ноутбуку. Курить он никогда не пробовал. Ни-ког-да. Даже сигареты во рту не держал, и пока не тянуло. Он предпочитал уничтожать деньги на «Steam», спортинвентарь и аренду квартиры-студии.
Перехватив его взгляд, наследник негромко произнёс:
— Прошу прощения за доставленные неудобства, это действительно могло быть опасно, — замолкнув, Дэвис потёр лоб. — Наша встреча произошла не совсем так, как планировал каждый из нас.
Да ну? Этот мистер Дэвис читает мысли.
— Я могу посмотреть эти газеты? — те лежали перед ним на столе — взгляд уже пробежался по всем заголовкам. Наконец Эспер приблизился к тому, что его интересовало: он хотел задать этот вопрос, как только узнал, что мистер Дэвис по всей вероятности застал старика-владельца в живых.
— Вы были на похоронах мистера Финча?
Гордая посадка головы, твёрдость подбородка — преисполненный собственного достоинства Райвен Дэвис, казалось, сделал над собой усилие, чтобы ответить на вопрос:
— Да, я присутствовал на похоронах. В кабинете мистера Финча я оставил корреспонденцию, ты можешь взять старые выпуски, там есть статья о дне похорон и несколько обзоров его последних лет жизни.
Видя, что его распирает любопытство, Дэвис рассказал о кладбище в Неаполиссе, где похоронен бывший владелец «Безбрежного леса». Старик был плох под конец: годы взяли своё. У него были проблемы с сердцем, но в мир иной мистер Финч отошёл совершенно безболезненно, как заверила Райвена Дэвиса обслуга, проживающая на тот момент в особняке, — скончавшись во время полуденного сна в кресле на лужайке. Последние солнечные деньки перед обильным снегопадом. От Эспера не укрылось, с какой теплотой говорил о старике новый хозяин лесопилки.
Включился усиленный вибросигнал, телефон резво заскользил по столу. Эспер дёрнулся как от удара. Он чувствовал себя крайне глупо, выкладывая на стол собственный устаревший Sony, и теперь быстро схватился за телефон, надеясь, что мистер Дэвис не заметил, что там написала Имоджен, коллега с работы.
«Ну что, Джонатан, ты уже попал в замок Дракулы?:D» — и отдельным текстом: «Ты вообще живой?»
Уставился на часы в телефоне и ужаснулся. Время пролетело незаметно. Они договаривались с Имоджен: ровно в два он позвонит в офис.
Покосился на мистера Дэвиса, который сам в этот момент что-то набирал на клавиатуре, и торопливо отправил:
«Перед соревнованиями я мандражирую меньше».
