Геслид смотрел на Эррудуна с мерзкой ухмылкой, выжидая, что тот предпримет дальше. Он был уверен в своей правоте. Эррудун встал, обошёл стол и остановился перед Геслидом, прежде чем заговорить.
— Значит, ты отказываешься следовать моим приказам? — главнокомандующий пристально посмотрел оппоненту в глаза.
— Только тем, что требуют от меня монашеской праведности, — ответил Геслид, выдерживая этот взгляд. — Бить, на кого укажут, и идти, куда требуется, — это всегда пожалуйста.
— В таком случае убирайтесь восвояси. И ты, и твой отряд.
— Что?! Вот так легко прогоняешь три сотни опытных воинов? — с усмешкой спросил Геслид.
— Всё верно.
Геслид повернулся к Рифенлуру, надеясь отыскать поддержку от такого же северянина, как он сам. Но Рифенлур отвёл взгляд.
— Идиотские приказы! — рявкнул Геслид. — Ни на одной войне от меня ещё такого не требовали. К чёрту! Имладфар! Бой насмерть! В лагере, через четверть часа.
Геслид смачно сплюнул под ноги Эррудуну и пошёл на выход. Рифенлур дождался, когда Геслид выйдет, и заговорил:
— Имладфар — это битва до смерти у нас, северян. Это древний обычай. Отказаться нельзя. Проигнорировать тоже. Но ваше высокое положение позволяет выбрать другого воина вместо себя. Я готов пойти на бой с Геслидом.
— Не нужно, — отозвался Эррудун. — Я сам отвечу на его вызов.
— Вы можете погибнуть, тогда войска некому будет вести дальше.
— Ты поведёшь, — сказал Эррудун, беря свой меч.
— Бой проходит без доспехов и щитов, — пояснил Рифенлур.
— Аглехас, — вдруг Эррудун обратился к позабытому всеми лекарю, — побеседуем позже.
Ошарашенный Аглехас кивнул и покинул шатёр вслед за Геслидом, оставляя Эррудуна готовиться к предстоящему смертельному бою.
***
Лагерь Геслида и его отряда быстро преображался: шатры спешно свернули и отнесли в сторону, костры затоптали. На их месте образовалась этакая импровизированная арена, стенами которой стали люди, выстраивающиеся, чтобы посмотреть на предстоящий бой. Слух о битве Имладфар быстро разлетелся, и теперь к месту её проведения подтягивались не только воины самого Геслида, но и других отрядов. Не все из них были северянами: наёмники из Диффрин Исмуг и некоторые маги тоже захотели лично взглянуть на бой.
Когда Эррудун пришёл к месту сражения, то ему пришлось проталкиваться между людей, чтобы добраться до Геслида. Противник уже ждал в кругу. На его обнажённом торсе линии многочисленных шрамов переплетались с вязью татуировок. Войдя в круг, Эррудун скинул с себя плащ, и те, кто стоял позади него, поразились. Всю спину главнокомандующего тоже покрывали шрамы. Но это были шрамы не от порезов и иных ран, которые может получить опытный воин в бою. Такие следы оставляет только кнут. И, увидев эти рубцы, многие зашептались.
— А я думал, попросишь Рифенлура драться за себя, — насмешливо крикнул Геслид. — Зря не попросил!
Вместо ответа, Эррудун стянул ножны с клинка, показывая, что он готов. Геслид ухмыльнулся и дёрнул за рукоять меча, который был воткнут в землю рядом с ним.
— Имладфар! — прокричал он.
— Имладфар! — прокричали многие северяне в толпе.
И Геслид стремглав бросился к Эррудуну, сократив расстояние между ними за несколько длинных прыжков. Не сбавляя скорости, Геслид нанёс удар снизу вверх от правого бедра к левому плечу. Эррудун сделал полшага назад и подставил под удар свой клинок. Сталь зазвенела, а толпа приветственно взревела.
Геслид использовал набранную скорость для придания силы удару, но когда тот был парирован, то, поддаваясь остаточной инерции, он ушёл вольтом вбок и оказался почти что за спиной противника. Оттуда он атаковал боковым режущим ударом. Но Эррудун вновь парировал выпад, и теперь уже сам завертелся в пируэте, после которого последовал удар. Геслид не стал принимать эту атаку сталь на сталь, а просто отпрыгнул на шаг назад, из-за чего меч Эррудуна пролетел мимо, увлекая за собой и владельца. Этот промах оставил открытым для атаки правый бок Эррудуна, и Геслид воспользовался этим. Впрочем, Эррудун осознавал свою уязвимость, а потому продолжил движение вслед за мечом. Но Геслид оказался очень быстрым, и его оружие первое испило крови противника, облизнув Эррудуну плечо. Порез был неглубоким, но достаточным, чтобы выступила кровь, и это не осталось не замеченным толпой, которая тут же закричала, одобряя такие действия.
Геслид перехватил меч, чтобы тот лёг в ладони более свободно, и завертел его мельницей, одновременно с этим надвигаясь на оппонента. Эррудун встретил атаку на чуть согнутых в коленях ногах, и когда вражеский меч вот-вот был готов перейти в атаку, он с силой отбил его в сторону. Но Геслид только этого и ждал, используя вращение меча как ловушку. Не сбив шаг, он схватил свободной рукой Эррудуна за плечо, а левым коленом врезал тому прямо под рёбра. Раз. Два. И три. А после этого обрушил свой меч навершием на спину согнувшегося противника.
