Ловушка для Луны полностью

Я давно уже не похожа на нее. Понимаю это все острее, с каждым шагом, приближающим меня к югу, с каждой бессонной ночью. Черная Луна была пугающе-красивой, собранной, целеустремленной и совершенно бесчувственной. Только такая могла выжить в Черной банде, только такая могла понравиться Черному Пеплу. Красивая и яркая, западающая в память, Лилит одевалась нарочито-броско, делала губы дразняще-алыми, а длинные ресницы угольно-черными. Уверенная и гордая, она не могла позволить себе лишь одного.

Чувствовать.

Ни боли, ни страха, ни любви. Только отстраненное равнодушие внутри красивой оболочки.

В отражении я другая. Ушла былая яркость, сменившись темными, приглушенными тонами. Я одета просто, практично. Кровь и грязь засохла на дорожном плаще, темные полосы расчертили кожу. Под глазами огромные синяки, губы бледны, волосы спутаны, а дьявольские колокольчики, перезвон которых изгонял лишние мысли из моей головы, остались где-то там, на эшафоте на главной городской площади. Мне больше нечем спасаться от того, о чем никогда не стоило бы думать.

О прошлом. О будущем. О страхе.

“Спаси ее, и она будет твоей”.

Шелестит ветер, играя пожелтевшей листвой, засохшей травой. Бесконечно повторяет в своем шелесте эти слова, простые, обыкновенные слова, произнесенные с отчаянной решимостью, которая не может не пугать.

“Она будет твоей”.

Трогаю кончиками пальцев воду и вздрагиваю от холода. Я хочу окунуться, чтобы смыть грязь и усталость, избавиться от тяжелых, тревожных мыслей, но не решаюсь. Тоже боюсь.

Демон появляется тихо и неслышно, но я телом чувствую его приближение. Он как магический разряд, от которого сердце вдруг начинает биться чаще, словно вспоминая, кто залечил его раны, вернул ему целостность. Кто починил его, разорванное в клочья пулей, прошлым и одинокой жизнью.

Демон подходит ближе и, наклоняясь, опускает ладонь в воду. Смотрю, как черная муть расплывается от его пальцев, расходится по озерной глади. Затемняет мое отражение, затирая его, заменяя пятном абсолютной черноты, словно напоминая, кем же я должна стать.

Чудовищем.

— Ты можешь просто быть собой, — мягко произносит демон. — Истинной. Светлой. Человечной.

Поднимаю на него глаза, проклиная себя и те чувства, которые всколыхнули в душе его слова. Страх и слабость — лучшая пища для демонов. Страх и слабость — последнее, что ощущает ведьма, замершая на краю.

Дальше лишь падение — вниз, вниз, вниз.

— Он меня уничтожит, — выдыхаю я, решаясь. Потому что тьма смотрит на меня, спокойная и уверенная, а мне так хочется ощутить себя не одной, разделить с кем-то то, что уже невозможно держать в себе. — Черный Пепел. Он подчинит меня и выпьет до дна — потому что может, потому что может захотеть. Если я не буду той, правильной Лилит, у меня не будет ни единого шанса.

— Еще не поздно повернуть назад.

Качаю головой.

— Уже давно поздно, демон. Меня ждут, на меня рассчитывают, я должна…

— Ты не должна разрушать себя, — и есть что-то в его взгляде, что-то такое глубокое, что-то бесконечно мудрое, что я вдруг понимаю, что готова поверить. Ему и его словам.

Тянусь к нему, забывая обо всем. Прошлое, обещание, страх — в это мгновение все не важно, ничто не имеет значения. Мне хочется раствориться в нем, в демоне, обретая такую желанную целостность.

И силу. Осознание, холодное и горькое, отрезвляет. Я слишком устала, слишком измотана, слишком долго отказывала себе во сне, чтобы не потянуться за силой вот так, бессознательно. Ведь сейчас я не видела в нем Теня, того когда-то светлого пограничника, одно имя которого заставляло что-то нервно и сладко сжиматься внутри.

Я видела в нем демона, которым он всегда был.

— Тебе действительно надо отдохнуть, — негромко произносит он.

Я вижу, как черная муть, тонкой пленкой затянувшая поверхность озера, втягивается обратно в его ладонь, облепляет, как перчаткой. И тает.

Демон вынимает руку.

— Теперь тепло. Как летом, — он смотрит на меня с легкой улыбкой на губах. — Ты можешь окунуться, освежиться. А после я посторожу твой сон. Если ты мне, конечно, доверишься. А если нет…

Он не продолжает, но я понимаю, что же кроется за этим “нет”. Усталость, слабость, уязвимость. Луна, у которой никогда не было шансов против мастера Черной банды. Возможно, опять подчинение, зависимость.

Но хуже всего провал. И то, что Бриз снова не дождется помощи от старшей сестры.

Довериться демону — такая ли это большая плата за то, чтобы исправить старую ошибку? Ту, что жжет и тянет глубоко в душе, не дает покоя.

— Согласна ли ты? — мягко спрашивает демон. Его лицо совсем близко, и тьма, глубокая, завораживающая, притягивает. Хочется протянуть руку, коснуться. Дотронуться.

Я шумно выдыхаю, отворачиваясь.

Мне нужен сон, мне очень нужен сон.

— Да, — коротко бросаю я. — Вы с Бряком можете посторожить возле убежища.

***

***