– Да что ты кипятишься, Иван! Свои ведь люди, миром все решим. По-родственному. И над советом твоим подумаем… Все-таки твой голос не последний в нашей компании. Да что я тебе говорю? Ты и сам об этом прекрасно знаешь! А теперь давай выпьем на посошок. Идти нам с Надеждой нужно, выспаться хочу. Завтра я сутки дежурю. – И Большак разлил в пустые стаканы водку из запотелой бутылки.
Выпили молча, закусили сытными кусками говядины. На кухне раздавался клекот водопроводного крана, усилилось возникшее напряжение, разговор как-то не клеился. Один Иван Дворников не замечал общего настроения и навязчиво советовал:
– Ты выслушай меня, Вась! Не отмахивайся так, я дело тебе говорю… Все мы по одной доске ходим, если что не так, нам всем одну лямку тянуть придется…
Хрипунов поднялся из-за стола, отщипнул напоследок от ветчины кусочек и, прощаясь, проговорил:
– Вот что, тесть… Желаю тебе здравствовать!
– Вася, я ведь по-доброму, – свел брови к переносице Дворников.
– Ладно, без обид. Договорились же мы с тобой, Иван! Чего зря болтать? Все будет как надо… Ну что, красавица, – приобнял Василий жену, – до дома, до хаты!
Из-за стола поднялись Петешев с Барабаевым.
– Хозяюшка, – посмотрел Петр на Ксению Богаткину. – Как говорится, спасибо за хлеб, за соль, но и нам уже нужно идти.
– Может, еще посидите? – попыталась удержать Ксения гостей. – Я ведь пирогов напекла. Таких, как вы любите, с капустой!
– В следующий раз непременно отведаем, – приобнял Петешев за плечи Ксению и заторопился за Хрипуновым.
Пришли к Хрипунову. Расположились за столом. Надежда тотчас спустилась в погреб и вскоре принесла две бутылки водки.
– Я вам закуски сейчас приготовлю.
– Много не надо, влегкую, – сказал Большак. – Не хочу с опухшей рожей на службу являться. И так уже коситься начинают.
Оставшись наедине с подельниками, Василий уже не скрывал своего скверного настроения. Петешев с Барабаевым помалкивали. Разлили водку по стаканам, медлить не стали, тотчас выпили.
Вернулась Надежда, неся две тарелки: на одной лежала нарезанная рыба холодного копчения, на другой – маринованные помидоры.
– Хватит закуски, и так поперек горла стоит! Садись сюда, – притянул Василий к себе жену.
Надежда, обтерев влажные руки о передник, покорно устроилась рядом с мужем.
– Вот что я скажу, – хмуро заговорил Хрипунов. – Иван в последнее время все по ушам трет!.. И чем дальше, тем хуже! Он из-за своей трусости всем нам шкоду может устроить! Что будем делать? Может, ты что предложишь, Петух?
– А чего тут думать, – равнодушно пожал плечами Петешев, – с ним и так все ясно. Куда нам с таким мужиком идти? Шкуру свою спасти пытается. От нас хочет отмазаться. Я это уже давно понял, жалко, что это ты только сейчас просек, Большак. Убрать его надо! – проговорил Петро с некоторой ленцой, будто речь шла о чем-то привычном, и, скрестив руки на груди, откинулся на спинку стула. – Если он нам сейчас такое говорит, то что же он тогда мусорам напоет!
– А ты что скажешь, Леха? – посмотрел Хрипунов на Барабаева.
– Я тоже так думаю, – ответил Алексей.
– А ты… жена моя, что скажешь о своем папаше? Какое твое будет слово? – перевел Хрипунов хмурый взгляд на Надежду, и его правый глаз скользнул к переносице, усилив косоглазие.
– Он угрожал моему мужу… Иван не должен был так поступать. А потом, Дворников мне не родной отец, – пожав плечами, безразлично сказала Надежда. – У него ничего в груди не дрогнет, когда он меня предавать начнет! Я согласна с вами. Только как об этом матери сказать? Она ведь привыкла к этому алкашу.
– Об этом тебе не стоит волноваться, – заверил Василий, – я сам этот вопрос улажу… Объясню, что да как… Найду подходящие слова. Теперь давайте покумекаем, как его лучше грохнуть, – сказал Хрипунов, раскупоривая бутылку водки. – Что ты можешь предложить, Петро?
– А чего тут голову ломать? Ломиком ему по затылку да в Кабан! Там таких языкастых навалом лежит. Одним больше, одним меньше, только и всего!
Хрипунов разлил водку в стаканы.
– Берите, кореша. Давайте по маленькой.
Дружно выпили, одобрительно крякнули. Неспешно потянулись к закуске. Василий продолжил:
– План, конечно же, хороший… но только не в этот раз! Наверняка Ивана хватятся на работе, да и Ксения молчать не станет, она все еще любит эту козлину. Его неожиданное исчезновение может многих насторожить. Как это так? Был человек – и нет человека, и даже весточки после себя не оставил. Да и труп в озере может всплыть. А это приведет к ненужным вопросам. А эти вопросы следаки будут задавать и нам, и неизвестно, до чего еще там они могут докопаться. Я думаю, что Ивана лучше всего закопать. Самое подходящее для этого место – кладбище! Уж там точно среди покойников его искать никто не станет! И народу туда ходит немного, да и потемнее будет.
– На Арском?
Хрипунов отрицательно покачал головой:
– Арское не подходит, это уже окраина города. Там всякие залетные могут наведываться. А потом, чего это нам переться через весь город. Я думаю, что лучше всего подходят Татмазарки. Место глухое и рядом с Суконной слободой.
