Виталий Викторович больше уже ни о чем не спрашивал, понимал: еще один вопрос – и девушка снова разрыдается. Между тем уже были допрошены другие свидетели, поведавшие немало существенных деталей, и картина произошедшего в целом была воссоздана.
А дело обстояло следующим образом: преступников было трое – один из них находился в квартире, проник через высаженное окно в комнату, а двое других оставались перед домом в саду. Хозяин дома вышел прямо на грабителя и даже попытался его задержать, но был тотчас им застрелен, а сам преступник выскочил в окно, после чего все трое злоумышленников выбежали из сада. На улице убегающие натолкнулись на постового милиционера, который потребовал у них разрешение на передвижение в комендантский час. Но бандиты его застрелили из пистолета. На звук пистолетного выстрела подоспел наряд милиции. Один из бандитов попытался отстреливаться: пулю обнаружили в стволе дерева, а вот второго выстрела не произошло – вышла осечка. По дороге преступники выбросили похищенные вещи: два демисезонных пальто, куртку и плащ. Две найденные гильзы принадлежали пистолету системы «вальтер», из которого стреляли в доме Тузовых; из этого же пистолета стреляли в сторожа Козулькина, этим же оружием застрелены сержанты Загидуллин и Шарафеев из милицейского патруля.
Вернувшись с похорон, Щелкунов долго не мог приступить к рассмотрению дел. Все как-то не клеилось. После поминок обещала зайти Клавдия. Время утекало, а девушка еще не появилась. Около шести в комнату постучали.
Виталий Викторович открыл дверь. Это была Клавдия.
– Мы сейчас проведем опознание. На месте преступления мы задержали подозрительного человека. Всмотритесь в него внимательнее и скажите, это тот человек, что стрелял в вашего отца, или все-таки не он.
– Попробую, – пообещала девушка.
– Введите Курылева!
Молоденький младший сержант ввел средних лет мужчину, который, оказавшись в кабинете, принялся испуганно озираться по сторонам.
– Клавдия, вам знаком этот человек? – спросил майор Щелкунов.
Девушка принялась пристально всматриваться в худое, заросшее густой и темной щетиной лицо.
– Нет, – произнесла она уверенно и, еще раз всмотревшись в щуплую фигуру, добавила убежденно: – Это не он! Тот, что стрелял в папу, был повыше ростом и значительно моложе. Этот старый.
– А в саду вы, значит, никого не разглядели?
– Никого. Там было темно.
– Спасибо, вы нам очень помогли. Можете быть свободны. Вы можете сесть, – сказал майор Щелкунов задержанному и, когда тот опустился на один из стульев, спросил все тем же спокойным и ровным голосом: – Вы знаете, что ваше положение не из простых?
Задержанный не проявлял ни малейшего интереса к тому, что происходит вокруг него, – он сидел все так же неподвижно, отрешенно поглядывая куда-то в сторону. Его не могло расшевелить даже то обстоятельство, что Клавдия не признала в нем преступника.
– С чего бы это? – заговорил Курылев после длительной паузы. – Я никого не убивал.
– Попробую объяснить, – терпеливо произнес Виталий Викторович. – Вас задержали на месте преступления, вы находились рядом с убитым милиционером.
Мужчина вдруг поднял затуманенный взор на Щелкунова, и в его глазах Виталий Викторович прочитал безысходность. За прошедшие два дня, что он просидел в камере, многое пережил и немало размышлял.
– А вы спросили меня, почему я не убежал и остался рядом с убитым? По-вашему, было бы лучше, если бы я взял ноги в руки и побежал бы подальше от этого места? – Лицо Курылева заметно порозовело, пальцы сцепились в замок. – Я прибежал после того, как прозвучал выстрел. Думал, может, кто-то нуждается в моей помощи, я ведь медбрат… Вы не хуже меня знаете, что сейчас на улицах творится… Я сначала ничего не увидел, а потом под самыми кустами заметил какое-то темное пятно, подошел поближе и разглядел лежащего человека. Попытался ему помочь, установить, что с ним произошло, но тут сзади на меня навалились сотрудники милиции. Я даже сообразить ничего не успел!
– Хорошо, – сказал Щелкунов после некоторого раздумья, – допустим, вы действительно не виноваты, но не будете же вы утверждать, что совершенно ничего не видели?! Помогите же следствию!
– Я уже рассказал все, что знал! Я ничего больше не могу припомнить!.. Хотя постойте, – оживился вдруг Курылев, – как же я не вспомнил об этом сразу? Когда я увидел распластанного на дороге человека и подбежал к нему, мне показалось, что я увидел двух бегущих людей. Может, это они убили милиционера?
– Как они выглядели?
– Я видел их только мгновение, и они тут же исчезли в соседнем переулке.
– Что-то вы можете сказать о них? Какого они были роста? Телосложения? Может быть, заметили какие-нибудь особенности в их поведении?
– Я не могу говорить с уверенностью, но как будто бы один из них был высок, но мне еще показалось, что он сутулился. Другой пониже ростом, щупловатый… Но я вам говорю еще раз! Я ни в чем не виноват! Клянусь вам! Верьте мне!.. Я оказался на месте убийства совершенно случайно и только для того, чтобы помочь лежащему на дороге человеку! – горячо произнес он.
