– Ой, Рик! – Джонти пыталась удержаться от смеха, чтобы не обидеть его. – Я только хотела узнать... – тихо объяснила она, – как она выглядит.
– О Боже, Джонти! – Его глаза за толстыми линзами широко раскрылись от удивления. – Ты хочешь сказать, что прожила здесь столько времени и до сих пор ни разу не видела Вилли Вэгтейл? Это самая обыкновенная птичка! – Он недоуменно покачал головой. – Нет, ты должна была ее видеть, – повторил он. – Это маленькая птичка, которая обычно садится на заборы или обитает на пастбищах, очень часто она скачет прямо по спинам коров или лошадей.
– Вот такая? – вскрикнула Джонти, указывая на маленькую птичку, которая радостно скакала по спине пасущейся лошади. У нее были очень красивые лимонно-желтые перья, белоснежная грудка и черная головка, а вокруг быстрых любопытных глаз виднелся ярко-оранжевый ореол. – Какая прелестная птичка! – восторженно воскликнула она.
Рик подошел поближе.
– Это, – сказал он, повернувшись к Джонти, – это... не Вилли Вэгтейл. Это медоед. Мелитрептус лунатус с белым загривком.
– А-а! – На несколько минут воцарилось молчание, пока Джонти собиралась с мыслями. – Но Вилли Вэгтейл немного похожа на нее? – с тоской предположила она.
– Нет, совсем нет. Вилли Вэгтейл намного проще. У нее неприметный окрас по сравнению с этим контрастным сочетанием желтого, черного и белого. Вилли просто черно-коричневая птичка, только на брюшке немного белого, ничего особенного. Эй, Стэн, ты захватишь немного соломы, или это сделать мне?
Джонти медленно направилась в сторону дома, ощущая в себе такую пустоту, будто из нее выкачали весь воздух.
По какой-то непонятной причине ей хотелось плакать! Десмонд, очевидно чувствуя ее состояние, удрученно ступал рядом.
Маленькая серая или коричнево-черная птичка? Разница невелика. Обе достаточно банальны, незначительны, скучны.
Но с какой стати ее все это волновало?
Она раздраженно задавалась этим вопросом, пытаясь преодолеть упадническое настроение и депрессию, которые охватили ее. На что она надеялась? Что она возомнила из случайных замечаний человека, чье мнение ее не должно было интересовать? Она знала, что не красавица, знала это всегда! Ничто не изменилось, все осталось по-прежнему и ничего не значило.
Но в душе Джонти понимала, что имеет значение!
Спотыкаясь, как слепая, она брела к дому, а рядом крадучись шел Десмонд. Она не только понимала, но и знала, что на самом деле это значит очень много для нее! Она чувствовала себя несчастной, запутавшейся, ей не хватало воздуха, было ощущение, будто ее сбросили с огромной высоты и у нее перехватило дыхание.
Подойдя к боковой веранде и увидев там плачущую Рэчел, Джонти тут же забыла о своих переживаниях.
Рэчел плакала очень тихо, как она делала все. Огромные, горячие слезы тихо скатывались по ее щекам как бы против ее воли, не было слышно никаких всхлипываний. Даже плача, она сохраняла самообладание, как бы не желая причинить кому-нибудь беспокойство или привлечь к себе внимание.
Рядом с ней в одном из летних кресел сидела Силла, сдержанно причитая над чем-то. Подойдя ближе, Джонти увидела, что это рубашка.
– Рэчел, что случилось? – Джонти обняла девочку и вопросительно посмотрела на ее старшую сестру. – В чем дело?
Силла подняла рубашку, чтобы Джонти могла лучше разглядеть.
– Это рубашка Стэна, – сказала она без особого сочувствия в голосе. – И посмотри, что получилось – прожгла дыру на воротнике. Я ей говорила, что поглажу его вещи, я всегда это делала, но она потихоньку пошла и погладила сама, а теперь смотри, что из этого получилось!
– Я хотела удивить тебя, – сдавленным голосом оправдывалась Рэчел.
– Вот и удивила, – огрызнулась Силла. – Должна заметить, что удивишь и Стэна. Я бессильна помочь тебе, Рэчел. Посмотри, как сильно ты прожгла. Наверное, гладила слишком горячим утюгом!
– Да нет же, Силла, правда. Я выгладила всю рубашку, все было в порядке. Но потом поставила утюг на воротник и подержала его там подольше, так как ткань на воротнике более плотная. А когда убрала утюг, то... то... – Слезы опять хлынули у нее из глаз.
– Ну, тебе самой придется сказать ему об этом.
– Замолчи, Силла! Дайте мне посмотреть. – Джонти взяла рубашку и осмотрела испорченное место. Хотя прожженное место было ужасно, но поврежден был только верхний слой, а изнанка воротника не пострадала. – Думаю, никому из вас не стоит рассказывать ему о происшедшем, – сказала она. – Уверена, что смогу отпороть воротник и зачинить его, а затем пришить обратной стороной вверх так, что заплатка окажется с изнанки. Стэн даже и не заметит этого, если сделать аккуратно. Вы же знаете, каковы мужчины! – И она уверенно улыбнулась им.
– О, Джонти, ты сможешь это сделать, правда? – Личико Рэчел засветилось надеждой. – Ты и вправду думаешь, что сможешь сделать все так, что он ничего не заметит? Или, по крайней мере, он сможет носить ее?
– Конечно! И пожалуйста, Рэчел, не плачь больше. Лучше пойди и умойся. Только этим я займусь позже, ведь Рик и Стэн сейчас придут сюда. Это подождет до завтра, когда он уедет!
