По просьбе библиотекаря Андреас поделился своими версиями о подавленной магии, стороннем колдовстве и влиянии омелы, а я рассказала об эмоциях, что вызвали взрыв в ванной комнате нашей башни. Мистер Бастири вновь задумался, но, как и мы, ни к чему определенному сразу не пришел. Я понимала, что вопрос непрост и требует времени, но все равно почувствовала укол разочарования. Мой наставник сказал только, что совершенно определенно омела тут ни при чем.
– Итак, мисс Блэр, – подытожил библиотекарь, – вы поняли, что от вас требуется в первую очередь?
– Да, – ответила я, – не приближаться к книге, рассказать обо всем магистрам и…
– И тщательно следить за эмоциями. Избегайте волнений и злости. Страх тоже может быть опасен. Избавиться от этих чувств полностью, конечно, не получится, но пусть они хотя бы будут некритичными.
– А если мне все же не удастся совладать с сильными эмоциями? – дрожащим голосом спросила я, уже и сама представляя последствия.
– Тогда нас ждет катастрофа. Неуправляемая сила огня – это бедствие, мисс Блэр.
– А можно как-то сдерживать или подавлять ее? – спросил Аведа.
– Не знаю, – вздохнул старик. – Если опираться на то, что сила мисс Блэр привязана к чувствам, то, возможно, полезным будет переключаться на что-то позитивное, доброе, волнительное в хорошем, приятном смысле, понимаете?
– Думаю, да, – пробормотал капитан.
– Что нам делать дальше? – спросила я у наставника.
– Поговорить с магистрами, – настойчиво напомнил он.
– Чуть позже, – вмешался капитан. – У меня есть дела в городе, очень важные дела.
– Тогда с магистрами поговорю я, с вашего позволения, – сказал старик. – Рассказ о духе, заключенном в фолианте, не терпит отлагательств.
На том и решили: мы с капитаном отправимся в город, а мистер Бастири, набравшись сил после визита миссис Оллинер, встретится с магистрами, чтобы решить, как поступить с книгой.
– Завтракать не будем? – спросил Андреас, прежде чем мы покинули корпус.
Я подумала о своих друзьях и печально вздохнула. Таскаться всюду в компании с капитаном было тем еще удовольствием, а отвечать на неудобные вопросы просто пытка. Из-за этой шутки омелы я стала будто отрезанной от прошлой жизни. Студенческая беззаботность испарилась, на плечи легли совсем другие заботы.
– Не здесь, – ответила я, бросая тоскливый взгляд на коридор, ведущий к обеденному залу. – Можно перекусить в городе, там есть крошечная булочная с очень вкусной выпечкой.
– Хорошо, – кивнул Аведа, и мы зашагали к выходу.
Мороз сегодня стоял нешуточный: колючий, трескучий и будто злой. Я подтянула воротник своего зимнего пальто ближе к подбородку, который почти мгновенно замерз, спустила ниже шапку и засунула руки в карманы. Аведа храбрился некоторое время, но когда и его щеки покраснели так, что, казалось, даже корочкой покрылись, он последовал моему примеру.
Широкую тропу к городу за ночь занесло снегом, поэтому мне пришлось нехитрыми движениями рук, с помощью магии расчищать нам дорогу. Это даже согревало немного. Небо было пасмурным, низким, и на душе веселья не наблюдалось.
– Если хочешь, – нарушил тишину между нами Андреас, – можешь сходить на каток с Джерсом.
Сказано было не очень искренне. Я повернулась к капитану, который даже не смотрел на меня, делая вид, что занесенные снегом ели гораздо интереснее. Он кривился и хмурился, будто слова, которые он только что произнес, были горькими на вкус.
– Большое спасибо за великодушие, – съязвила я в ответ. – Я подумаю.
Андреас резко повернулся, и на лице его я заметила ускользающий след удивления, который почти сразу испарился. Лицо капитана стало непроницаемым. На миг мне показалось, что он ждал совсем другого ответа.
– Куда мы идем? – поинтересовалась я, желая сменить тему.
– Магистр Фергюсон поручил мне встретиться с одним из жителей Острэма, который может нам немного помочь. Этот человек вроде бы лоялен к академии, и магистр рассчитывает на то, что его отношение к магам не изменилось.
– Он знает, что мы придем?
– Да, – коротко сказал Андреас, и мы больше не разговаривали.
Острэм я знала довольно хорошо. Еще девчонкой бегала по его улицам, когда миссис Патчис или кто-то другой из преподавателей брал меня с собой. Ребенком, бывало, скучала в стенах Зимней стужи, не представляя, чем себя можно занять. А вот в городе каждый раз находила что-то интересное. Помнится, у меня даже были друзья, но по прошествии стольких лет они все растерялись. И снова стало грустно.
Увидев впереди первые домики, Андреас остановился и озабоченно осмотрел окрестности.
– Тебя многие здесь знают? – спросил он.
– Да, с самого детства, – ответила я. – Это проблема?
– Не знаю, – признался капитан. – Наше присутствие может вновь посеять раздор. Люди толком еще не успокоились после пережитого. Может ты знаешь, как добраться до Весенней улицы, не привлекая внимания?
– Эта улица находится на окраине. На ней расположены дома, за которыми уже лес. Мы можем обойти город и войти в него как раз с нужной стороны. Вот только есть трудность.
– Какая? – спросил Аведа, разворачиваясь ко мне.
