Я действительно чувствовала, как пылаю. Пока только внутри. Огонь праведного гнева уже колыхался, обжигая возмущенную душу. Я продолжала оглядывать людей и с ужасом отмечала, что многие согласно кивали на слова Голдшера. Неужели же кто-то способен поверить, будто маги причинят вред тем, с кем прожили бок о бок не одно столетие?
– Мы столько лет прожили в мире и согласии, – неуверенно повторила мои мысли миссис Данфри. С ее детьми мы с Ким не раз возились, а она угощала нас блинчиками с вареньем и мятным чаем. – Никто из магов не проявлял агрессии. Напротив, они всегда с почтением относились к нам и нашим интересам. То, что случилось, лишь какая-то ошибка. Магистры обещали разобраться. Неужто из-за одного происшествия нужно перечеркнуть многолетнюю дружбу?
– Тебе легко говорить, Анна, – воскликнула другая женщина. Ее имени я не знала. – Ты и твои дети не пострадали, а мы… мои малыши до сих пор просыпаются со слезами посреди ночи…
Я присмотрелась к женщине и поняла, что это та самая, которую я вытащила из мчащейся ледяной кареты.
– И мне нелегко, Люсинда, – ответила миссис Данфри. – И мое сердце не камень. Я понимаю. Но ведь это все не вина наших соседей.
– С чего бы нам верить им? – послышался новый голос из толпы.
– Потому что ничего подобного никогда не происходило и не произойдет больше, я уверена, – сражалась до конца наша знакомая.
Милая, добрая миссис Данфри. Я слабо улыбнулась, не переставая надеяться.
– Это все только начало! – вмиг подхватил Голдшер. – Так и в других академиях начиналось. Сначала одно недоразумение, потом другое, и вот маги уже чуть ли не захватили город. Хорошо есть хороший человек, подсказал, а точнее, напомнил, что люди имеют право жаловаться в совет, и по договору магическое сообщество может прикрыть любое учебное заведение, если оно и его обитатели несут угрозу для людей.
– Интересно, кто этот хороший человек, – пробормотал Андреас, который продолжал меня обнимать и слушать старосту.
– Думаю, речь о Виннесе Ольстрэме, – ответила я. – С него все и началось. Это он шагает по стране и уверенно прикрывает академии. А совет не осознает, что идет у него на поводу.
– Осознает, – сказал Дрей, – и всерьез озабочен ситуацией. Они понятия не имеют, как остановить все это. Тут Морис прав, договор нарушать нельзя. Сообщество пытается сохранить пошатнувшийся мир с людьми, но выходит пока не очень удачно.
– …Рано или поздно маги захотят полного господства! – продолжал вещать Морис. – Не оставайтесь слепы! Посмотрите на соседей! Они теперь живут спокойно! Ничто им не угрожает! Давайте обезопасим себя, пока это еще возможно! Будьте разумными, друзья! Подумайте о детях!
– Боже, он безумен, – пораженно сказала Ким.
– Нет, – мотнул головой Дрей, – он как раз в здравом уме. Только слова все эти не его. У него своя цель. Не знаю, деньги или что там ему обещали. Хорошо продуманный план и исполнитель. Морису плевать на магов и на людей, его интересует только выгода.
Народ в зале все больше волновался, разговоры становились все громче. Горожане спорили уже между собой.
– Маги хитры, они умеют ждать! – горячо вещал Голдшер. – Подумайте хорошенько! Они алчны, а нас с вами считают ничтожными…
Мой гнев нарастал, я чувствовала, что с каждым его словом пламя усиливается. По коже пробежал жар, мне даже дышать стало тяжело.
– Тише, Хлоя, – зашептал мне в ухо Дрей. – Ты выдашь нас всех. А мы еще не услышали ничего важного. Дыши глубже, отринь все, что говорит Морис. Это чушь. Думай о нашей цели.
Голос Андреаса помогал, я вдохнула, и пламя немного утихло. Но сдерживать его становилось все сложнее. Возмущение, обида, боль и горечь, а еще ярость брали верх над разумом. Я заставила себя слушать голос Дрея, ощущать телом его присутствие, тепло его рук.
– Они пудрят вам мозги! Все, что произошло, было не случайным. Это спланированная атака на горожан, чтобы запугать, показать свою власть над нами…
В голове помутилось, в моих глазах вспыхнул огонь, всплеск магии с грохотом опрокинул тумбочку. Лесник встрепенулся и сделал быстрое движение к обломкам, когда люди с задних рядов обернулись на звук.
– Простите, – поднял руки Томас, – я случайно.
Горожане еще немного посмотрели на тумбочку и на растерянного лесника и, по-видимому, списали все на его неуклюжесть. Я выдохнула, а Дрей прижал меня к себе сильнее.
– Дыши, Хлоя, а лучше выйди из ратуши.
– Да, – пробормотала я, понимая, что могу все испортить. Не хотелось бы стать виновницей провала. – Ты прав, я не могу слушать это… прости…
– А вот это уже совсем плохо, – вдруг напрягся Андреас, глядя куда-то поверх моей головы.
– В чем дело, Дрей? – испуганно спросила я.
– Вот и сам Виннес…
Я подняла голову и увидела рядом с Морисом мужчину лет сорока, может, чуть больше. Довольно привлекательный, с добродушным открытым лицом и приятной улыбкой. Но поразило меня не только явление человека, который все это затеял, но и то, кто явился на встречу с горожанами вместе с ним. По обе стороны от мага-отступника стояли дети владыки Огненных островов и Джерс.
