– Та невыносимо скучная прислужница все рассказала Сибэ. Сейчас нас начнут искать и… А, уже нашли. – без восторга произнес Вардан, поймав злой взгляд главного жреца поверх голов не таких высоких участников торжества.
Раньше, чем Кьяра успела настроиться на неизбежное, главный жрец оказался рядом и схватил ее за локоть. Холодные синие глаза кололись льдинками осуждения и гнева. Кьяра упрямо выдержала его взгляд. Попыталась вырвать руку, но тонкие пальцы только крепче в нее вцепились.
– Я знаю, что это не твоя вина, дитя. – сказал он, с отвращением рассматривая ее наряд. Не выдержав такого издевательства, Сибэ поднял глаза на Вардана. – Не стоит злоупотреблять гостеприимством, кайсэр.
– Брось, Сибэ. Разве не ты велел мне со всем старанием беречь избранную? Я делаю все, что в моих силах ради ее безопасности.
– Для тебя светлейший приор, – скривился главный жрец.
Не имея желания продолжать беседу, он потащил Кьяру за собой, в центр зала. Она не могла высвободиться и обернулась к Вардану, следовавшему сразу за ней, но он лишь развел руками.
– Прости, малышка, но тебя должны представить этому самодовольному сборищу толстосумов. От правил храма уберечь тебя я не могу.
И Кьяру выставили на всеобщее обозрение. Сибэ назвал ее особенной и избранной, а потом долго и крепко держал за плечи, пока каждый желающий подходил и представлялся ей.
Вардан стоял чуть в стороне и внимательно следил за оживившейся толпой.
Спасением стало появление Лисбет, которую привела Милия.
Сибэ отпустил Кьяру и поспешил ко второй избранной, которая не разочаровала его и прибыла в подобающем виде.
Кьяру, растерянную и ошалевшую от обрушившегося на нее внимания, подхватил под руку Вардан и повлек в сторону пока еще пустого полукруглого балкончика, выходившего в храмовый сад. По пути он виртуозным движением подхватил за тонкие ножки два бокала.
Прохладный ночной воздух помог Кьяре быстрее прийти в себя. Легкий ветерок остудил пылающие лоб и щеки. Она тяжело оперлась о широкие мраморные перила балкона, опустив тяжелую голову на сложенные руки.
– Выпей, – предложил Вардан, подсунув ей один из тонких бокалов. В нем плескалось что-то золотистое и искрящееся.
– Не люблю алкоголь. – отмахнулась Кьяра. В детстве ей не посчастливилось попробовать настойку, которую порой пила наставница. Стало любопытно, какой на вкус алкоголь, а в пузатой бутылке мутного стекла еще и ягодки плавали, что только подогревало ее интерес. Никто не предупреждал Кьяру, что из-за неосторожно большого глотка она может обжечь горло. Тогда она очень испугалась. Ей было больно, дыхание перехватило, и бутылка выскользнула из ослабевших пальцев. Не разбилась, но большая часть настойки разлилась по полу.
Это был ужасный день.
Наставница ее не ругала, только заставила переписать три огромных главы из большой непонятной Кьяре книги. Над своим наказанием она сидела почти весь день, извела полпузырька чернил, вымазалась вся с ног до головы, но все написала.
И навсегда зареклась пробовать выпивку.
– Такое у тебя представление о храме? – фыркнул Вардан. – Служители Ишту не пьют алкоголь и не едят красное мясо. Все же они возвышенные люди. Это просто древесный сок.
– А почему он переливается?
– Потому что Сибэ всю ночь пропускал сквозь бочки свою светлейшую силу. Любит он выпендриваться.
После Лисбет в зал вплыла Ильса.
Кьяра признавала, что ей наряд жрицы шел больше, чем кому бы то ни было. Словно она была рождена, чтобы служить Ишту.
– Смотри-ка, даже король снизошел до нее. Хотя, чему тут удивляться, верно? Его сын серьезно болен, а верховная жрица, по легенде, обладает силой заживлять даже смертельные раны… – заметил Вардан, когда к Ильсе подошел мужчина в богато расшитом багряном придворном костюме. По количеству золотой вышивки он мог бы составить достойную конкуренцию Вардану, который блистал в щедром освещении зала.
– А разве вас поприветствовать он не должен? – спросила Кьяра. Этикет она учила неохотно, не понимая, зачем он может понадобиться в глухой деревне, как ей тогда казалось, находившейся на краю мира. Впрочем, все ее нежелание не помешали наставнице заложить в ее голову некоторые основы. – Вы же кайсэр.
– Видишь ли, в чем дело, малышка, я здесь не как представитель Медэма. Официально я прибыл как первый посланник Хаарта, от его обители. Незначительная фигура в государстве, которое не признает моего бога.
Король был высоким, болезненно худым и усталым мужчиной средних лет. С аккуратной бородой и заметными залысинами на висках. Он не казался впечатляющим, но Кьяра понимала, насколько важную персону она имела честь лицезреть. Что, впрочем, никак не мешало ей замечать направленные на себя взгляды, от которых зудела кожа.
– Что им надо?
Вардан, расслабленно привалившись к перилам, медленно потягивал терпкий древесный сок из бокала. Кьяра только пригубила напиток и тут же отставила, вкус ей не понравился. В отличие от арна, получавшего удовольствие и от содержимого своего бокала, и от происходящего.
– Ммм? – он рассеянно посмотрел на Кьяру.
– Они всё смотрят и смотрят. Это раздражает.
