– Отличным от здешнего общества, – поспешил пояснить Гекто и, опасаясь быть неправильно понятым, постарался разбавить свою речь подобием той цветистой лести, даром которой природа щедро одарила его старшего брата: – Необычным, э… экспрессивным, диковинным для местного традиционного общества, скучного…
Ему эта попытка удалась скверно.
– Так вот как это зовётся? – их высочество прервало жалкие потуги мальчика дотянуться до царствовавшего на недосягаемых высотах искусства угодливого словоблудия брата и приняло протянутое вино, но пить не стало. – А Улисса зовёт мои причуды желанием поскорее загнать её в могилу. А с чего вы решили, что мне здесь не нравится?
– Предположил. Я заметил, как вы сбежали со своего места рядом с вашей матерью уже через тридцать минут после начала пира и теперь пытаетесь скрыться среди придворных, слуг и в тени.
«Какой странный парень», – подумало Дитя, озадаченно почесав подбородок:
– Считаете, что я скрываюсь?
Младший сын графа Ревущего холма окинул быстрым взглядом укрытие за дальней колонной, из которого Дитя вело наблюдение за прислугой.
– По крайней мере, на это похоже.
Дитя ухмыльнулось, разглядывая на морковно-оранжевой груди собеседника вышитый серебряной нитью герб в виде гарцующей лошади.
– Что же, вы правы. Хотя сложно оставаться невидимкой среди разряженных дамочек, будучи в боевых доспехах.
– Так, значит, вы на войне?
– Предпочитаю называть это охотой.
– И кто же ваша добыча, ваше высочество?
В вопросе Дитя уловило лёгкую нотку бестактности, но вызванную скорее испугом, чем дерзостью.
– А вы не слишком любопытны для человека, которого я знаю две с половиной секунды?
Доброжелательная улыбка Гекто, который уже начал понимать, что для практики переговоров выбрал себе собеседника не по силам, стала ещё более напряжённой, но свою хватку юноша не ослабил.
– С королём мы знакомы едва ли дольше, но он уже считает нашу семью своими приближёнными.
– И, судя по всему, не вашими усилиями, а вашего брата, потому что переговорщик из него явно гораздо лучше, чем вы.
– Прошу прощения? – часто заморгал неудачливый собеседник.
– Вы меня поняли. Но можете быть спокойны, сегодня я вас пощажу.
Гекто отследил увлечённый взгляд Дитя, который был направлен на вновь выхваченного из толпы господ виночерпия.
– Ваш фаворит? – спросил он, силясь изменить разговор на тему, судя по всему, более интересную их высочеству.
– Этому прилизанному определению слова «любовник» вас тоже старший брат научил? – ответило Дитя, даже не удосужившись повернуться, будто упусти он из виду Фина снова, тот исчезнет уже навсегда. – Сбиты с толку? Это хорошо. Да, вполне возможно, сегодня ночью он им станет. У вас есть ещё вопросы?
– И ваша семья не против? – заметно стушевался молодой человек, обескураженный прямолинейностью Дитя.
– А похоже, что меня это волнует? Что вам нужно? – потеряв терпение, их высочество резко прервало прелюдию докучливого разговора.
Холодный гневный взгляд переливчатых глаз заставил подавиться пригубленным вином не готового к такому повороту событий юношу. Вымученная улыбка мгновенно исчезла с его лица, сменившись на искренний испуг. Теперь перед Дитя стоял обычный мальчик, боящийся даже посмотреть в лицо собеседнику – нет, противнику.
– Я… – Гекто запнулся и облизнул пересохшие губы, – просто знакомлюсь с вашей семьёй. Мне брат сказал делать как он. Понимаете, я впервые выехал за пределы долины…
– И решили начать с меня?
– Извините.
– Возможно, вы упустили из виду, но у меня в темнице ваш зять. Вы действительно думаете, что мы с вами можем подружиться?
Гекто растерялся ещё больше и уставился на Дасте, который, впрочем, был слишком увлечен наведением торговых мостов с соседями по столу, чтобы заметить немой призыв младшего брата о помощи. Дитя едва заметно покивало, будто в знак согласия с определёнными выводами.
– Мой вам совет, – Дитя вдруг протянуло руку к плечу растерянного юноши и смахнуло с серебряной нашивки невидимую пылинку. – Лучше найдите себе какую-нибудь симпатичную служанку или доступную придворную дочку и напейтесь. Вы смазливы и богаты – охотницы до вашего общества быстро отыщутся среди скучающих «милочек». А переговоры оставьте своему брату. У него увлечь своей болтовнёй окружающих выходит лучше, чем у вас. Но если вы хотите не ударить в грязь лицом перед учителем, идите к королеве, а мне советую больше не попадаться на глаза. В конце концов, если ваша семья вдруг потеряет расположение короля, а мы, вопреки обстоятельствам, всё же подружимся, мне будет гораздо сложнее отсечь вашу голову.
