— Капитан, прямо по курсу грозовой фронт. Уйти никак. Вы нужны на мостике.
— Понял, иду.
Лу моргала глазами.
— Пойдёшь со мной? — спросил Эль.
— Это опасно?
— Не опасней, чем в каюте.
— Пойду, конечно.
Эль любил бури, хоть они были и опасны. Но ощущение чистого разгула стихии, мощи природы, бесконечной, безразличной, заставляло его вспоминать, кто он есть на самом деле. Всего лишь песчинка, муравей. Он умрет рано или поздно, а в мире ничего не поменяется. Все так же будет небо, острова, грозы…
Джем, кстати, совершенно зря опасался. Не такая уж это и большая буря. Совсем не голодная. Они пройдут сквозь нее без потерь. Но что с него взять, с мальчишки, он не так уж давно плавает, чтобы разбираться в бурях. А вот остальная команда уже была опытнее. Знала, что делать. Никакой паники, просто укрепляли на палубе то, что могло смыть, да задраивали иллюминаторы.
Обрушившийся на палубу дождь разом смыл все сомнения и переживания Эля. Не осталось больше ничего, только он, Лу и стихия. Он не ошибся в девушке: она была из той же породы, что и сам Эль. Хохотала, откидывая со лба мокрые волосы, что-то кричала, но штурвал держала крепко и “Креветку” вела уверенно.
Он нарочно выманил ее на палубу — хотел испытать. Что ж, Лу оправдала все его ожидания. Воительница, амазонка, смелая и сильная. Она не пропала бы в этом мире даже без его помощи. Взяла бы себя в руки и рванула бы вперед. А может, это рядом с ним она становится сильнее? Не зря ведь человечество придумало эту глупую шутку под названием любовь? “Вдвоем лучше, нежели одному, и и горе одному, когда упадет, потому что не имеет человека, который бы поставил его на ноги”. Эль привык быть один, но как же ему порой нужна была поддержка, даже просто объятия, просто ласковое слово. Вначале он пытался искать эти слова у местных женщин, но очень быстро понял, что такой, какой он есть, им не нужен. А те особенные давно уже заняты.
А теперь у него была Лу, мокрая насквозь, хохочущая, уверенно держащая штурвал.
Он встал сзади нее, положил руки на ее холодные пальцы — не потому, что он в ней усомнился. Просто вот так, рука об руку, сквозь бурю, они были близки, как никто и никогда.
Ногуар, остров, где, по слухам, впервые когда-то появилась та самая Ясноглазая, которая так интересовала Лу, был таким же, как сотня других. Лу побывала на четырех или пяти, и теперь она понимала Эля. Было в этих островах что-то одинаковое. Не то люди одни и те же, не то похожие дома. Одинаковой ширины улицы, на одно лицо вывески, дома из одного и того же дерева или камня. Ей, привыкшей к многоуровневым автострадам и сверкающим неоном высоткам, все города и деревни казались безнадежно отсталыми. Одинаково отсталыми.
Однако народу на Ногуаре было меньше, чем на том же Гипане, и регистрации от них никто не потребовал. Спустились, заплатили пошлину за прикол, перекусили в портовом трактире (Эль сказал, что тут вполне достойно, Лу поверила), потом отправились прямиком в питомник тирахов, благо, что тот был недалеко от порта.
— Здесь точно нет той Двери, — вполголоса сообщил Эль своей подруге. — Я проверял. Так что вглубь острова нам не надо. Сейчас купим песиков и домой, на корабль.
Лу кивнула, зачарованно разглядывая самый известный на островах питомник. Очень чисто. Отдельные клетки с тирахами — большие, светлые. В клетках по одному-паре псов, у каждого своя подстилка и миска с водой. Смотритель — как ни странно, пожилая женщина — в “выставочный зал” много народу не пускает, чтобы не тревожить псов.
— Здесь не ярмарка, — ворчит женщина. — Тирахи молодые, нервные. Если каждый зайдет просто поглазеть, никакого покоя зверям не будет. Что хотели, господа? Подрощенных или щенков?
— Взрослых, — ответил Эль. — Щенки… к ним привязываешься сильно.
— Есть и взрослые, выученные на железо или Двери. Проходите сюда.
На взгляд Лу все собаки были одинаковые. Разве что масть отличалась незначительно. Ну, кто-то крупнее, кто-то мельче. Она встала у большого окна, разглядывая улицу, пока Эль со смотрительницей о чем-то тихо беседовал.
— А что, хозяйка часто тут бывает? — спросила девушка, заметив суету возле входа.
— Хозяйка была здесь несколько дней, но она должна сегодня уехать. Если б у нее было время, то помогла бы вам с выбором.
Лу кивнула, разглядывая высокую стройную женщину в кожаной куртке и добротных армейских ботинках, что ждала кого-то возле крыльца. Сомнений не осталось — это была та самая Ясноглазая.
И Лу поняла, что это ее последний шанс. Она давно подозревала, а теперь была уверена в своей правоте. Девушка рванула к выходу, не слушая удивленного окрика Эля. Выбежала на крыльцо, застыла, глядя в спину уходящей по улице в сторону порта женщине. Та была не одна, рядом с ней шли двое мужчин, несших немаленькие мешки на плечах.
Сглотнула, сделала шаг вслед Ясноглазой и крикнула:
— Марджори Эльвис!
Хотела прокричать еще многое, но голос позорно сорвался на последнем слоге.
