1. Немедленно связаться с Сеулом. Вывести войска из Кэсона.
2. Отменить систему лагерей. Осуждённых по полит. мотивам освободить (амнистия).
3. Охрану распустить (пенсия по выслуге лет).
4. Свободный выезд/въезд в страну.
5. Освободить заключённых в спец. тюрьмах.
6. Ликвидировать статус "враг народа".
7. Кабинет министров:
ин. дел — оставить;
народной безопасности — сместить;
армии — сместить;
образования — сместить;
медицины — ?
промышленности — ?
ЦБ/фин. — провести консульт.
8. Подготовить обращение в ООН и МАГАТЭ. Программу заморозить. Данные рассекретить.
9. После вышеперечисл. созвать съезд партии.
Нам Туен выдохнул и откинулся на мягкую спинку кресла, положил удобно лежавший в руке «паркер» на листок ровно посередине. Часы всё ещё тикали, отставая на четыре минуты двадцать секунд. «Так он и умер, — подумал Нам Туен, — отставая во времени от остального мира на четыре минуты двадцать секунд».
Вдруг он спохватился, взял ручку и добавил последний штрих — внизу списка, написанного по-английски, поставил иероглиф «
— Какая смелая программа реформ, генерал Ким! — воскликнул Нам Туен. — Вы не боитесь? Слишком резко, слишком быстро… Время — наш союзник, нужно всё продумать, а вы вот так сразу… Как смело! Как резко!
И залился истеричным хохотом, колотя рукой по столу.
Тем же вечером, сидя на неудобном раскладном стуле у стены в комнате, где проходило экстренное заседание Госсовета КНДР, поглядывая на широкую спину Ким Кёна и ловя на себе пристальные взгляды остальных участников совещания, Нам Туен скучал и даже несколько раз зевнул, аккуратно прикрывая рот рукой.
Когда выступал сам Ким Кён — медленно, внушительно, артикулируя каждое слово ровным, громким голосом, — Нам Туен встрепенулся и с интересом прислушался, чуть приподнявшись со своего места. Во-первых, он откровенно завидовал бархатному басу нового руководителя Северной Кореи; во-вторых, он всегда подозревал, что приятно слушать зачитываемый таким голосом текст, написанный им самим, совсем без изменений.
3 ноября 2030 года. Лондон
Дождь моросил над столицей Соединённого Королевства. Банкиры из Сити вновь били в колокола, встревоженные ростом безработицы в Соединённых Штатах и падением цен на сланцы. Доллар лежал на больничной койке, и президент США запросил у Конгресса дополнительных средств на дефибрилляцию его сердца, но демократы отказали ему в поддержке, и тогда пришлось направить обращение в МВФ. Юань и евро, вместо того чтобы радоваться коматозному состоянию конкурента, видимо, решили составить ему компанию и разгоняли свою инфляцию.
Правительство консерваторов сумело устоять, несмотря на рецессию, и вновь выиграло выборы, хоть и с минимальным перевесом. Становилось ясно, что, несмотря на декларируемую независимость, казначейство Великобритании становится не более чем одним из департаментов минфина Евросоюза, возглавляемого экономным немцем. При полной поддержке кабинета Его Величества он продолжал резать бюджет социального сектора…
Потоки мигрантов из недавно включённой в состав ЕС Турции привели к новым вспышкам насилия на Балканах и в Восточной Европе. Немцы отказались выдавать деньги на введение адаптационных программ, успешно применяемых на Западе, и в Европарламенте вновь заговорили о создании «границ внутри зоны без границ», что означало очередной кризис Европейского союза.
Государственный секретарь Форин-офиса поплатился за свои неосторожные высказывания в адрес мусульман Британии, и парламентское лобби вежливо попросило его на выход. Премьер-министру срочно потребовалась замена. Министр иностранных дел ЕС, формально не имевший права вмешиваться в перестановки внутри кабинета, направил премьеру список достойных, по его мнению, кандидатов.
Среди прочих молодых и старых политиков, чьи имена никогда не были на слуху у широкой публики, в самом низу, вопреки порядку алфавита, виднелась фамилия Касидроу. Напротив неё стояла жирная галочка. Премьер-министр, увидев её, удивлённо раскрыл глаза и нервно поставил два знака вопроса.
— Ему же под восемьдесят! — сказал он своей помощнице, которую любил не только за то, что она была среди первых выпускниц Политической академии Аббертона.
— Кому? — спросила девушка.
— Чарльзу Касидроу, — ответил тот. — Мне голову оторвут, если увидят этого засыпающего склеротика в Палате…
— Здесь инициалы «И. Н.», — уточнила помощница, разворачивая к себе листок.