Когда он вышел из квартиры Джека, ярость его вдруг погасла. Он почувствовал себя затравленным и жалким. Может быть, женщина и не смеялась над ним, но Джек наверняка смеется. Где он? Подпрыгивает сейчас на подушках автомобиля или вагона и посмеивается над Петером. И, конечно, он прав: да, Петер, ты показал себя дураком, куда тебе тягаться с Джеком!
Петер почувствовал, что ослабел. Он подумал, что сейчас упадет, и все эти машины, автобусы, троллейбусы — весь этот хищный город с ревом пронесется по нему, и во всем мире не найдется никого, кто пожалел бы его. Никто даже не заметит, что его раздавили.
Но его не раздавили. Он добрался до сквера и, ощущая мерзкую слабость в коленях, опустился на мокрую от тумана скамью. Сейчас он чувствовал себя несчастным даже не потому, что потерял все, что имел и хотел иметь, а потому, что до его горя никому не было никакого дела. Он совершенно один. Ни матери, ни Эммы — никого…
Маленькая лохматая собачонка, продрогшая, с поджатым хвостом, выскочила из-под скамьи и, готовая бежать, испуганно уставилась на него. «Чего боишься? — сказал он. — Я не сильней тебя». Но собачонка, испугавшись голоса, убежала.
Внезапно ему захотелось поднять голову и жалобно, безнадежно, по-собачьи заскулить…
…После краха на Уолл-стрит в 1929 г… число самоубийств среди прежних богачей выросло с такой быстротой, что страховым обществам пришлось пересмотреть свои статистические расчеты.
Вероятно, единственным человеком в стране, который ничего не слышал о биржевом шторме, бушевавшем в течение всего «черного вторника», был его виновник профессор Чьюз. Запершись в своей лаборатории, он продолжал поиски Z-лучей.
В среду утром позвонил Уиппль. Он подозревал, что Чьюз ничего не знает, и все же удивился, убедившись в этом. Он рассказал профессору о том, что произошло. Теперь в свою очередь удивился Чьюз. Но стоило ему снова погрузиться в работу, как он моментально забыл обо всей этой глупой истории. В стране, потрясенной ударами жестокой бури, особняк ученого был единственным тихим островом, куда не добрались разрушительные волны…
Под вечер Чьюз решил поехать к Луизе и Джо. Он уже шел к выходу, когда Роберт доложил о посетителе. Имя его решительно ничего не говорило профессору. Он приказал сообщить, что уезжает.
Когда он спускался с крыльца к ожидавшей его машине, из-за угла дома, прихрамывая, поспешно вышел молодой человек. Заикаясь и путаясь, он просил извинения и умолял выслушать его.
— Вам сказали, я уезжаю, — сердито отрезал Чьюз.
— Умоляю вас, выслушайте меня, — прерывающимся голосом повторил молодой человек. — Несколько минут… Завтра будет поздно…
Чьюз оглянулся. Лицо молодого человека выражало крайнее возбуждение.
— Что вам угодно? — сказал ученый, немного смягчаясь. — Только, пожалуйста, быстрее. Мне надо ехать.
Торопясь, заикаясь, глотая слова, незнакомец стал что-то говорить. Чьюз мог только разобрать, что речь снова идет о биржевом крахе.
— Опять биржа! — воскликнул он с омерзением. — Не хочу слушать!..
И он повернулся к машине. Но незнакомец, схватив его за рукав пальто, продолжал говорить. Профессор ничего не понял: тут были и умершая от туберкулеза мать, и брошенная невеста, и биржевой крах. Молодой человек играл, потерял деньги, и их почему-то обязан был возвратить он, профессор Чьюз.
— Господин профессор, это мечта всей моей жизни! — быстро и горячо говорил незнакомец. Глаза его горели, лицо нервно подергивалось. — Ваши изобретения разорили меня. Мне грозит тюрьма. Ведь вы же так богаты — что вам стоит вернуть мне деньги!
— Вы с ума сошли! — крикнул ученый, выходя из себя. — Пустите! — он вырвал рукав из цепких пальцев незнакомца и шагнул в машину. — Поехали, Джон! приказал он шоферу.
— Ах, так! — крикнул взбешенный незнакомец. Он отступил на шаг и выхватил револьвер. В то же мгновение раздался выстрел.
Джон уже давно приглядывался к странному посетителю. Уловив его движение, он резко рванул автомобиль. Не успев сесть, Чьюз свалился на сиденье. И сейчас же, резко затормозив, Джон выскочил из машины. Незнакомец, прихрамывая, бежал к воротам.
— Ах ты, негодяй! — закричал шофер и бросился вдогонку.
Оглушенный профессор встал, открыл дверцу и выглянул наружу. Он ничего не понимал: почему бежит незнакомец, зачем гонится за ним Джон? Он не слышал выстрела, потому что упал и ударился головой о сиденье…
Незнакомец хромал и не мог быстро бежать, Джон настигал его. Навстречу, из-за ворот, бежал дворник. Из сада, наперерез бегущему, спешил Роберт. Все пути незнакомцу были отрезаны. Внезапно он остановился и обернулся; Чьюз, дальнозоркий, как все старики, увидел в его руках револьвер.
— Осторожно, Джон! — закричал он, предостерегая шофера.
