Ничего не понимая, Гвен послушно взглянула на своё отражение. Она уже встречала зеркала в доме барона, и теперь не заметила в своей внешности ничего нового. И ничего примечательного, что могло бы вызвать такое оживление. Впрочем…
Пожалуй, они с Иветт были немного похожи. Конечно, юная леди была гораздо красивее, утончённее и элегантнее, но в целом в чертах виделось что-то общее. Такие же золотистые, слегка вьющиеся волосы, тот же овал лица и разрез глаз. Только у Гвен они были светло-голубыми, почти бесцветными, а у Иветт — насыщенного сине-зелёного, как море, цвета.
Но вряд ли новая знакомая имела в виду их сходство. Разве стала бы девушка из аристократической семьи так радоваться сходству с простолюдинкой?
— Мы ведь одинаковы, как две капли воды! — не дождавшись от неё слов, воскликнула Иветт. — Я раньше только слышала о том, что у каждого в мире есть двойник, но никогда бы не подумала, что можно вот так повстречаться! Разве это не чудесно?!
— Мы не так уж и похожи… — смущённо пробормотала Гвен, не зная, что ответить.
— Нет же, очень похожи! — не согласилась Иветт. — Просто ты по-другому держишься и не делаешь причёсок. Когда мы лучше познакомимся, я приглашу тебя к нам домой — мама с папой будут поражены! Ты ведь не откажешься прийти?
У Гвен снова закружилась голова, теперь уже от робкой, неуверенной радости. Разве могла она когда-нибудь представить, что высокородная, титулованная особа предложит ей дружбу?!
— Но если вы… ты станешь общаться со мной, другие не станут насмехаться? — неуверенно уточнила Гвен. Ей бы очень не хотелось, чтобы у милой новой знакомой были из-за неё неприятности.
Иветт возмущённо фыркнула, словно это предположение было для неё оскорбительным.
— Ещё чего! Пусть только попробуют. Я — дочь главы Тайной службы! Папу все уважают. Ты видела, даже Алан не стал со мной спорить, а он тот ещё задира. Ты пожалуешься на них?
Гвен передёрнулась. От одной только мысли, что она станет рассказывать кому-то о пережитом испытании, становилось плохо. А ведь если поднимется шум, о её унижении может узнать и господин де Триен… Это ужасно, немыслимо!
— Нет! — решительно помотала она головой.
Её ответ явно удивил Иви.
— Почему? Нет, меня тоже учили в детстве, что ябедничать — это недостойно. Но папа всегда говорил, что если самой не справиться, то нет ничего зазорного в том, чтобы позвать на помощь. Они ведь будут и дальше тебя донимать. Мы с Айлин знакомы с детства, и она всегда была невыносима. Если ей кто-то не понравится, будет строить козни, пока её не накажут.
— Я не хочу жаловаться, — твёрдо повторила Гвен. — Я справлюсь.
Следующие несколько дней пролетели незаметно. Новая знакомая не забыла о ней, и уединение Гвен резко закончилось. Теперь она то обедала, то ужинала, то прогуливалась во время перерыва в компании Иветт. Даже больше: та представила её кругу своих друзей, и, к недоверчивому изумлению Гвен, её приняли более чем сносно. Наверное, имя Сен-Моро действительно пользовалось уважением.
Конечно, поначалу к Гвен отнеслись настороженно. Без неприязни, к которой она уже привыкла среди своих одногруппников, но с необъяснимым недоумением и даже неловкостью. Как к некой диковинке, которую никто не ожидает увидеть рядом с собой. Казалось, новые знакомые не знали, чего от неё ждать; юных аристократов словно изумляло, что она вообще говорит с ними на одном языке, так же ходит, думает…
Её с нескрываемым любопытством расспрашивали о прошлом, о деревенском быте и всевозможных мелочах, которые для неё совсем недавно были обыденностью, но юным господам казались чем-то небывалым, курьёзным или неприятным. Поначалу Гвен, помня наставления маркизы Кьерсен, старалась уходить от ответов, переводить тему. Однако, не встретив здесь насмешек, а только безобидный интерес, вскоре забыла о непонятных ей правилах.
То ли благодаря её приятельству с представительницей знатного рода, то ли испугавшись собственных последних действий, враждебно настроенные одногруппницы тоже больше её не донимали. Гвен подозревала, что это лишь временное затишье, и когда все уверятся, что недавнее нападение не повлечёт за собой последствий, покою придёт конец. Однако она была рада и недолгой передышке.
Накануне выходного Иви вытащила её в город. Гвен ещё не видела столицы, если не считать дома советника и самой Академии. К тому же у неё до сих пор были лишь самые необходимые вещи, и она надеялась, что сможет прикупить какую-нибудь милую безделушку. Хотелось украсить себя перед встречей с бароном.
С серебряной монетой в кармане Гвен наивно ощущала себя богачкой. Правда, иллюзия рассеялась ещё до того, как они оказались в торговых рядах.