Прямо на перекрестке с Шир-Хиллом, откуда начиналась Тормартон-роуд, их настиг снегопад. Торрант вздохнула и включила дворники, но они больше размазывали мокрый снег по ветровому стеклу, чем очищали его. Снег становился все гуще, облака – темнее, так что видимость скоро упала до нескольких ярдов, и Торрант пришлось опять сбавить скорость.
– По-моему, дворники на этой машине не меняли с того самого дня, как она покинула сборочный конвейер, то есть примерно в тысяча девятьсот семидесятом году, – заметила Торрант, сворачивая на юг.
На Шир-Хилле движение было чуть более интенсивным, чем на Дрифтон-Хилле, и, наверное, поэтому шоссе тут имело две полосы движения. Или, честнее сказать, одну целую и три четверти.
– Бюджет полиции постоянно сокращается, – пожаловалась Торрант. – Даже такой мелочи, как новые дворники, не могу себе позволить.
Инспектор прибавила скорость и взялась за рацию. Встречных машин по-прежнему не было.
– Бат-центр, это Виски Один-Один, перехожу ко второму этапу. Подтвердите прием.
В рации опять затрещало.
– Вас понял, подтверждаю второй этап. Прием.
– Спасибо. Виски Один-Один.
– Вы, похоже, чего-то остерегаетесь, хотя опасности вроде бы нет, – сказала Сьюзен.
– Обычная рутина, – ответила Торрант. – Если с нами что-нибудь случится, помочь нам, конечно, не смогут, но хотя бы будут представлять, где искать наши тела.
– Вы знакомы с инспектором Грин? – поинтересовалась Сьюзен. – Из Особого отдела?
– Мира Грин? Конечно, я знаю ее. Она вчера допоздна зажигала кое с кем из наших.
– Что? В Бате? – удивилась Сьюзен. – Но она же служит в Лондоне!
– Теперь моя очередь говорить: если вас не предупредили, то и я вам ничего сказать не могу, – ответила Торрант. – Но я не буду вредничать. Ее подразделение, секция М, отвечает за национальную безопасность, как и Особый отдел в целом. А Министерство внутренних дел считает, что мы, тупицы и деревенщины, должны сотрудничать, то есть гнуть перед ними спину и все такое, когда они являются сюда из Лондона и начинают громко выпендриваться, показывая нам, как надо работать.
– И вас это возмущает, – заметила Сьюзен.
– Не-а, – серьезно ответила Торрант. – Вообще-то, я даже рада, когда они берут на себя все, что связано с книготорговцами. Если можно не втягивать в это меня и моих людей, то и хорошо. И я нисколько не завидую Мире Грин, хотя она и продержалась на этой работе дольше, чем все, кого я помню.
– Что вы имеете в виду?
– Немало бывших шефов секции М живут сейчас в комнатах с мягкими стенами, – сказала Торрант. – И это им еще повезло, другие вообще лежат в могилах. Смертность у них даже выше, чем в отделах по борьбе с терроризмом, ОВП или в других, сопряженных с большим риском.
– Что за ОВП?
– Обезвреживание взрывоопасных предметов. Бомбы, взрывчатка и так далее. Ну, вы поняли. – Торрант потерла локтем запотевшее стекло.
Сьюзен, догадавшись, что инспектор хочет лучше видеть боковое зеркало, сделала то же самое со своей стороны и увидела позади светящиеся фары.
– Сзади машина, – сообщила она и снова глянула в зеркало заднего вида.
Машина не приближалась, она просто ехала за ними с нормальной скоростью. Но Сьюзен все равно напряглась, хотя и сказала себе, что это просто смешно. Сколько раз она ездила в Бат сама или пассажиром и никогда не задумывалась о других машинах вокруг, разве что как о части дорожного движения, так с чего вдруг теперь такое беспокойство?
– Грузовик, – равнодушно произнесла Торрант. – Старый «бедфорд», наверное.
Грузовик на порядочном расстоянии ехал за ними по Тормартон-роуд, но отстал, когда они свернули направо на дорогу А420 в Маршфилде, где Торрант снова связалась с Батом по рации. На этой дороге машин было больше, но все ехали очень аккуратно, особенно когда Торрант щелкнула кнопкой и мигалка на крыше их автомобиля стала посылать зловещие синие вспышки в глубину снегопада.
– Чтобы не забывались, – прокомментировала Торрант.
Сьюзен заметила, что инспектор поглядывает в зеркало заднего вида не столько на дорогу, сколько на нее саму. Когда на кольцевой развязке Колд-Эштон они свернули на трассу А46, а грузовик, ехавший за ними, продолжил двигаться по прямой, Сьюзен вздохнула с облегчением, но инспектор, насколько она могла судить, никак не отреагировала.
Трассу А46 уже почистили и посыпали солью; машины, которых здесь было много, растащили ее по всей поверхности дороги, так что снег не успевал ложиться и таял, едва коснувшись соленой поверхности. Торрант даже прибавила газу, несмотря на оживленное движение. Мигалка на крыше вертелась по-прежнему.
