– Да, отель принадлежит Адмиралтейству, – подтвердил Мерлин. – Оно предоставляет нам и людям Торрант немного места под крышей МИ-пять для оперативного штаба. Мы не можем сразу отвести тебя к Сулис Минерве, надо сначала поговорить с бабушкой Эванджелиной. И наша старая приятельница инспектор Грин тоже там будет. Кстати, она хочет, чтобы все местные и все военные считали нас представителями МИ-пять, и тебя в том числе. Так что вот, держи.
Он достал из внутреннего кармана маленький кожаный бумажник и протянул его Сьюзен. Она открыла его и увидела карточку со своим фото, но без имени – удостоверение гражданского консультанта Министерства внутренних дел.
Поморщившись, Сьюзен сунула удостоверение в карман своего лыжного костюма, рядом с портсигаром с солью. Вот и еще одна сила, которая запросто может лишить ее обычной жизни нормальной студентки школы искусств, на которую она все еще слабо надеялась, хотя уже начинала понимать, что продолжать питать такую надежду значит принимать желаемое за действительное. В лучшем случае ее, по выражению Мерлина, ждет «настолько нормальная жизнь, насколько это возможно». А вот насколько это возможно, ей еще предстояло выяснить.
Бат. Ну вот, теперь еще и в Бат с тобой ехать! Не говори чепухи. В прежние времена туда отправляли безумцев лечиться минеральными водами.
В центре Бата падал густой снег, крутые улицы сделались очень скользкими и труднопроходимыми, хотя ночью их и выскребли дочиста. В городе и теперь работала по крайней мере одна снегоочистительная машина, и, хотя было уже десять утра, уличные фонари еще горели, но толку от них было мало. На машинах почти никто не ездил, зато было на удивление много пешеходов. Сьюзен решила, что это, наверное, туристы, ведь все нормальные жители Бата в это снежное воскресное утро наверняка сидят дома и будут сидеть, пока погода не улучшится.
Отель «Эмпайр» представлял собой внушительное здание с причудливым смешением стилей, особенно заметным на крыше: зубчатая башня на одном конце, островерхий фронтон буржуазного дома посередине и два щипца поменьше, какие бывают у крестьянских домов, что, вероятно, должно было символизировать единение высшего, среднего и низшего классов под одной крышей. Захваченный Адмиралтейством во время Второй мировой войны, дом так и остался в его владении. Несмотря на удаленность от моря, он занимал завидное положение на берегу реки Эйвон, сразу за мостом Палтни, напротив плотины. Возможно, прибрежное расположение сообщало зданию некий морской дух, поэтому военные моряки и не спешили от него отказываться.
«Рейнджровер» встал на большой парковке напротив боковой двери в северном конце здания. Но из машины вышли только Мерлин и Сьюзен, а Стефани с водителем повезли оружие и боеприпасы в Малый книжный. Как и всегда по воскресеньям, между двумя утренними службами в аббатстве звонили в колокола, а снег приглушал и перенаправлял звук, так что трудно было сказать, откуда доносится звон. Казалось, он идет отовсюду сразу.
– Нельзя, чтобы агент МИ-пять входил в отель с противотанковым ружьем Бойса и коробкой ручных гранат. – Мерлин помахал Стефани и, когда «лендровер» уехал, вместе со Сьюзен направился к зданию. – Не волнуйся, в отеле мы будем в безопасности. Здесь много наших. Да и Сулис Минерве вряд ли понравится, если в ее владения вторгнется кто-то чужой.
– Здесь? – спросила Сьюзен, когда они подошли к двери здания и Мерлин постучал. – Разве ее владения не в римских банях?
– Там, где течет ее вода, течет и ее сила, – ответил Мерлин и показал на юг. – Большой римский водосток идет через Парадные сады и впадает в Эйвон. Если перегнуться через ограждение вон за тем деревом, вторым отсюда, то можно увидеть пар, поднимающийся над водой.
– А у Эйвона есть свой Владыка? – поинтересовалась Сьюзен.
Мерлин покачал головой:
– Раньше и в самом Эйвоне, и в его притоках обитали десятки мелких сущностей, но с началом промышленной революции они погрузились в глубокий сон, от которого больше не проснулись. Самыми могущественными из них были Горам и Винсент в ущелье Эйвона, но, когда в Клифтоне построили подвесной мост, железо сковало их силы. Пока мост стоит, они не двинутся с места. Так что в наши дни самым активным представителем Древнего мира в этих местах является Сулис Минерва. Наверное, ей не дают уснуть туристы. Ну же! – Его последние слова были обращены к двери.
