– Мы дадим тебе всю необходимую информацию, – заверила ее Эванджелина. – Ритуал имеет алфавитную структуру. На это указывает дополнительная стрелка на циферблате и то, что нам известно о жертвах. Инспектор Грин?
Мира Грин даже не встала, а лишь пододвинула стул к стене и показала на ряд из двадцати шести чистых листов, прикрепленных между фотографиями.
– Судя по бумажнику, подобранному в лабиринте Мерлином, и по некоторым другим мелочам, снятым им с трупов в башне, мы уверены, что личности двух жертв установлены правильно. Оба значатся пропавшими без вести. Последнего, Трэвиса Зелли, видели перед исчезновением совсем недалеко отсюда, в саду Парейд-Гарденс, двадцать первого декабря тысяча девятьсот семьдесят седьмого года…
– День зимнего солнцестояния, – перебила ее Эванджелина; у нее был прирожденный голос лектора, и она обращалась к своей аудитории так, как иные профессора обращаются к умным, но не особенно хорошо подготовленным студентам. – Обратите внимание, это важно. Формальная структура заклинания – алфавитная, но бо́льшая часть его силы поступает от преследования и умерщвления жертвы: так с помощью одной из форм симпатической магии открывается крошечная частица иной, глубинной силы, которую мы пока будем называть Дикой охотой. Она чрезвычайно опасна и чаще всего приводит к полному хаосу и… э-э-э… уничтожению всех, кого касается. Когда границы между Древним и Новым миром стираются, Дикая охота стремится вырваться на волю, но, к счастью, обычно ей не дают этого сделать. И все же возможность воспользоваться хотя бы крошечной долей заключенной в ней силы возникает именно в такое время, с большим риском для пользователя, конечно. Что, несомненно, и было сделано. Убийство жертвы является кульминацией ритуала и должно быть совершено ровно в полночь в ночь солнцеворота. Но сначала – охота.
– Да, – продолжила Грин. – Так вот, Зелли было девятнадцать, он был панком, носил ирокез, нигде не работал, жил с матерью. Это она заявила о его пропаже утром, когда он не пришел ночевать, но в течение нескольких дней активных поисков никто не вел. Местная полиция отнеслась к нему с некоторой предвзятостью, поскольку он был безработным, самозваным анархистом с парой судимостей за кражи в магазинах и так далее. Документ, который Мерлин нашел в его бумажнике, был повесткой в суд по делу о другом мелком правонарушении. В общем, мы выяснили, что двое полицейских в патрульной машине видели Зелли в Парейд-Гарденсе незадолго до полуночи, но после никто не видел его живым, нигде и никогда. Нашли его пальто, правда не сразу. Примерно через десять дней после исчезновения Зелли его мать увидела пальто сына на каком-то бездомном. Тот клялся, что подобрал одежду на улице и что Зелли в ней не было, ни живого, ни мертвого. Следователь поверил бездомному, поскольку у того было неопровержимое алиби. К тому же на пальто не обнаружилось крови, хотя воротник был оторван.
– Вот это пальто. – Вивьен указала на нужный снимок, поскольку она все равно стояла у стены.
На фото пальто было разложено на белой доске; к снимку прилагался текстовый комментарий об оторванном воротнике, дате изготовления пальто и его серийном номере. Пальто можно было бы назвать совершенно заурядным, если бы не символы, нанесенные на ткань белой краской.
– Что это за знаки такие? – спросила Сьюзен.
– Большинство из них не имеет никакого смысла. – Вивьен наклонилась и указала на правый рукав. – Кроме вот этих трех знаков, которые придумал для обозначения кое-кого из Древних Джон Ди[10]. Он, кстати, был настоящим магом. Но его… э-э-э… полностью обезвредил кто-то из наших в конце жизни, так что он не тот, которого мы ищем.
– Откуда они у Зелли? – нахмурилась Сьюзен.
– Мы думаем, ему просто понравилось, как они выглядят. – Вивьен кивнула на Грин. – Мира говорила с матерью Трэвиса сегодня утром.
– Она сказала, что он скопировал знаки на пальто из старой книги, которую взял в библиотеке и забыл вернуть, – продолжила Грин. – К сожалению, она давно избавилась от книги и не помнит о ней ничего, кроме того, что она была старой. Поэтому мы не знаем названия. Очевидно, что-то по эзотерике.
– Вы сказали ей, что ее сын мертв? – спросил Мерлин.
– Нет! – решительно ответила Грин. – И не скажу до тех пор, пока его тело не будет перенесено в наш мир, а личность окончательно установлена. Чего, похоже, мы сделать не можем.
– Сможем, если найдем иной путь в заколдованный сад, – возразила Зои. – Та часть карты, которая у нас, теперь отсечена от сада, вероятно из-за того, что вы вышли оттуда через карту Сьюзен. Возможно, потеря связи между садом и нашим куском карты временная и объясняется тем, что мы держим ее заблокированной, но у сущности наверняка есть иные способы входа и выхода.
– В общем, Зелли, сам того не ведая, обозначил себя как человека, обладающего знаниями о Древнем мире, – нетерпеливо перебила ее Эванджелина. – Именно это я имела в виду, когда назвала жертв почти простыми смертными, ведь и вторая опознанная нами жертва имела связи с Древним миром. Инспектор?..
