Погода переменилась. Снег перестал, но сильно похолодало, и на землю лег густой белый туман, сократив видимость всего до нескольких ярдов. Сьюзен вздрогнула, когда в дверях ее обдал холодный, сырой воздух, больно куснув лицо.
Мерлин встал на пороге и не выпускал Сьюзен на улицу, пока Диармунд, сунув руку в карман плаща, осматривался по сторонам. Из-за спины Сьюзен вышла Вивьен и глубоко вдохнула холодный, туманный воздух. Задержав дыхание секунд на десять, она выдохнула:
– Туман, конечно, неестественный, и холод тоже вызван заклинанием, но ничего страшного. Это Сулис Минерва. Туман не везде, а только возле бань.
– Наверное, она хочет скрыть от лишних глаз свою встречу со Сьюзен, – сказал Мерлин.
Они прошли вдоль отеля и свернули в небольшой парк, когда-то известный как Апельсиновая роща, но после Второй мировой войны переименованный в Алкмарский сад в честь города-побратима в Нидерландах. Дорожки покрывал глубокий снег, – видимо, уборщики еще не добрались сюда после снегопада, – и Сьюзен порадовалась, что надела теплые носки, колготки и ботинки на толстой подошве. Парк был почти пуст, что и неудивительно. Лишь изредка вдалеке мелькал силуэт прохожего. Стояла полная тишина.
– Адвика с компанией тоже ничего не увидят, – заметил Диармунд, когда они перешли через дорогу и впереди показалась восточная стена аббатства – темная каменная масса в тумане. Диармунд взмахнул руками, разгоняя завитки тумана. – Надо было взять рацию.
Мерлин сунул руку в правый карман своей охотничьей куртки и вытащил приемник PF8. Точно такой же, как у Боди и Дойла в сериале «Профессионалы». Это была единственная причина, почему Мерлин предпочитал его, а не PF5000, радиус действия которого был больше, батарея мощнее, к тому же им пользовались почти все леворукие. Зато PF8 был стильным, хотя и смахивал, пожалуй, на крупную электробритву.
– Адвика? Это Мерлин. Мы входим на кладбище, заворачиваем за угол восточной стены.
В рации раздался треск.
– Слышу. Здесь ничего не видно. Я отправила Сэйри и Полли наблюдать за главным входом, они в пределах слышимости. Там же инспектор Торрант в форме отгоняет зевак. Хорошо еще, что их сейчас немного. Холод и туман нам на руку. Если нужно, я свяжусь с Торрант. Прием.
– Не нужно, – ответил Мерлин. – Отбой.
Он убрал рацию и подмигнул Диармунду.
– Ладно-ладно, – проворчал тот. – Я сегодня встал ни свет ни заря, чтобы приехать сюда утром. Стойте!
Все замерли. Мерлин прикрыл Сьюзен слева, Вивьен – сзади. Навстречу им кто-то шел. Мерлин протянул руку к сумке, рука Диармунда скользнула под пиджак.
Из тумана выступили две нечеткие фигуры. Приближаясь, они постепенно обретали человеческий облик, и вскоре оказались мужчиной и женщиной средних лет, в пальто, шапках, перчатках и шарфах.
– Полиция закрыла бани! – когда они подошли ближе, воскликнула женщина с характерным американским акцентом, возможно из Нью-Джерси. – Подозревают утечку газа! Надеюсь, вы не туда направляетесь!
– Нет, мэм, – поспешил заверить ее Диармунд, который был ближе всех к ним. – Даже и не думали.
– Безобразие какое! – возмутилась женщина.
– Ничего, завтра сходим, – успокоил ее мужчина, судя по интонациям, уроженец Среднего Запада. – Пойдем пока в отель, там сейчас уютно! Хорошего вам дня, парни.
– И вам, – спокойно произнес Мерлин.
Американец повернулся на голос и пристально взглянул на молодого человека. Было видно, что Мерлин чем-то привлек внимание американца, прежде рассеянного. Он нахмурился, качнул головой и пошел дальше. Исчезая в тумане, он, понизив голос, сказал своей жене:
– Этот парень в твидовом костюме прямо близнец той Джейн Остин, с которой мы вчера фотографировались!
Но из-за тумана то, что должно было остаться между ними, услышали книготорговцы и даже Сьюзен.
Однако его простодушное замечание не успокоило леворуких, которые не выпускали оружия из рук, пока шаги туристов не стихли за углом аббатства.
– Вероятно, они те, кем кажутся, – сказал Мерлин. – Пошли.
– Мы идем к боковому входу? – спросила Сьюзен, когда они оставили позади аббатство и двинулись сквозь туман по мощеному двору.
Впереди, у северного входа в бани, горел над дверью старинный георгианский фонарь, в отблесках которого к ним приближался с запада еще один расплывчатый силуэт. Он был очень массивным, так что, скорее всего, это была Торрант. Диармунд и Мерлин, видимо, тоже так решили, потому что не остановились.
– Ты войдешь через боковой вход, – объяснила Вивьен Сьюзен. – А мы останемся снаружи. Тебя встретит доктор Александра Престер. Она директор музеев Эйвона, в том числе и Музея римских бань, но, что куда важнее, она верховная жрица Сулис Минервы. Ее правая рука.
– Все, кто работает в банях, знают о… о здешнем Владыке и о Древнем мире? – спросила Сьюзен.
– О нет, – ответила Вивьен. – Если и есть те, кто знает, то их совсем мало.
– Не волнуйся, всех, кто не в курсе, уже наверняка эвакуировали под предлогом утечки газа, – сказал Мерлин. – Торрант хорошо придумала.
