— Это французская свинья, сэр, — сказал он. — Она вообще-то серебристая, хотя я полагаю, что действительно выглядит голубоватой в определенном свете. Она попала сюда из региона Дордони, насколько я знаю. Во Франции используют свиней, чтобы выкапывать трюфели, но в этой части света вы найдете очень мало проклятых трюфелей. Главным образом, она выкапывает змей. Ее привезла сюда мадам Ванз, и отличного борова тоже. Я думаю, что боров такой же распутник, как мой бык Соломон. Когда вы посмотрите поближе, то увидите, что у этой свиньи необычно длинные ноги. Она не низкая, как приземистые маленькие техасские свиньи. Длинные ноги нужны для восхождения на холмы, чтобы искать трюфели, которые практически не растут в низинах.
Колл слушал внимательно, потрясенный быстрой речью капитана Кинга. Гас напугал половину рейнджеров своими словами об акуле внизу по течению реки, которая оказалась всего лишь свиньей в воде.
Он не знал, что такое трюфель, и зачем его нужно было выкапывать.
— Что такое трюфель, капитан? — спросил он, опустив ружье, которое он выхватил по тревоге.
— Трюфели — это изысканная еда, капитан, — ответил Ричард Кинг. – Я не имел удовольствия попробовать их, но Тереза Ванз божится, что это так, а она такая же, как и все приезжающие сюда французы.
— Если она француженка, то почему она здесь? Здесь не Франция, — заметил Гас.
Он был очень смущен акулой, которая оказалась только свиньей. Он был уверен, что подвергнется бесконечным насмешкам со стороны других рейнджеров, как только они доберутся до города, если город действительно существует.
— Она должна была остаться во Франции вместе со своей свиньей! — воскликнул он в порыве переполнявшего его раздражения.
— Они не должны спрашивать разрешения по этому поводу! — капитан Кинг собирался повернуть свою прекрасную лошадь залива и поехать по течению, но остановился и снова внимательно посмотрел на Гаса.
— Точно так же, сэр, вам надо спрашивать разрешения, чтобы приехать сюда и просить у меня скот, в то время, когда я адски занят, выбирая достойных жен для моего быка Соломона, — добавил капитан Кинг. — Когда вы последний раз пили виски, капитан?
— Больше недели прошло. Я последний раз имел дело с алкоголем до того, как мы вошли в этот проклятый кустарник, — ответил Гас.
— Тогда неудивительно, что вы так грубы, — заметил капитан Кинг.
Он вытащил флягу из своей седельной сумки и предложил ее Гасу. Гас был удивлен. Он вежливо вытер горлышко фляги своим рукавом, сделал хороший глоток и вернул флягу капитану Кингу. Ли Хитч и Стоув Джонс наблюдали за ним с завистью.
— Спасибо, капитан, — поблагодарил Огастес.
— Мужчине нужно пить грог, — сказал капитан Кинг. — Я сам чертовски груб, когда лишен моего грога.
Колл испытывал раздражение из-за Гаса. Зачем он сказал, что женщина, которую он никогда не видел, должна была остаться во Франции? Это была грубость, хотя капитан Кинг был в основном прав насчет грога. Гас Маккрей едва мог составить хорошую компанию теперь, когда у него не было своего напитка. Он все же беспокоился о том, чтобы грубое поведение не помешало капитану Кингу оказать им помощь в виде тысячи голов скота.
— Капитан, как насчет скота? — спросил он, но Ричард Кинг был слишком быстр для него. Он уже повернул свою лошадь и мчался вниз по течению к тому месту, где лежала синяя свинья.
Наконец, рейнджеры, добрались до Лоунсам-Доув, города, который они искали несколько дней, пробираясь сквозь чащи. Мокрая голубая свинья, которая действительно была большой и с длинными ногами, бегом следовала за ними, волоча большую гоферовую змею, которую только что убила.
— Я бы не назвал это городом, — разочарованно сказал Огастес Маккрей, озираясь.
Здесь было четыре заброшенных глинобитных дома. Несмотря на то, что капитан Кинг только что сказал об эффективности свиньи как убийцы змей, дома выглядели кишащими змеями.
— Нет, но это расчищенный участок хорошего размера, — сказал Колл. — Ты сможешь разместить на нем город, я думаю.
На западной стороне участка была установлена большая белая палатка. Около нее шло полным ходом строительство того, что, очевидно, станет салуном. Пол уже настелили, и длинный прилавок был сооружен, но у салуна пока еще не было крыши. На полу будущего бара стоял один стол. За ним сидел маленький человек, одетый в черный френч. Стол был застелен скатертью, на столе стояла бутылка виски и стакан, хотя маленький человек, казалось, не пил.
За палаткой маленькая пухлая женщина, волосы которой свисали почти до коленей, многословно разговаривала с капитаном Кингом.
— Как ты считаешь, бар открыт, Гас? — спросил Айки Риппл.
Огастес сразу не ответил. Он подозрительно наблюдал за голубой свиньей — в конечном счете, он не доверял свиньям. Заговорил Стоув Джонс.
— Конечно, он открыт, Айк, — ответил он. — Как можно закрыть салун, у которого нет крыши?
Прежде, чем обсуждение этой темы могло быть продолжено, вернулся капитан Кинг.
