Поле боя очистилось от ненужных свидетелей. Мишаня вдохнул всей своей широкой грудью. Ра-а-азмахнулся богатырски… Смирнова, топавшая вместе со всеми на своих высоченных шпильках, поскользнулась. Взвизгнула истинно по-поросячьи. Стремясь избежать падения, схватилась за рукав Мишаниной куртки. Метатель дёрнулся. Камень в его руке дрогнул… Это казалось очень, нереально долгим. Камень летел прямо к пчёлке, точно она магнетически притягивала его. Хоть бы… чуть! Но Мишаня был точен. С разницей в один этаж. Стекло под пчёлкой пошло трещинами. Геке показалось, что он услышал, как булыжник плюхнулся кому-то на стол. Может, даже в миску с борщом, понадеялся он.
– Мазила! – взревел Дэн.
Смирнова всё-таки плюхнулась на тротуар и увлекла за собой Мишаню.
– Полиция! Милиция! – очень явственно завизжали в разбитом окне, точно надеялись вызвать правоохранителей силой голоса.
Из подъезда нереально быстро, как какой-нибудь Бэтмен, выскочил довольно крепкий мужик и наставил на ребят смартфон. Но Мишаня (всё-таки не зря он когда-то носил звание лучшего бомбардира школы!) из очень неудобного положения, полулёжа, запустил кусок гальки в фонарь. Ребят, как плащ-невидимка, укрыла темнота.
– Врассыпную! – прохрипел Макс, и все рванули.
Краем глаза Гека заметил, что, уже не таясь, из своего целого окна всю эту комедию наблюдала Мымра.
В одиннадцатом часу окольными путями, как какой-нибудь спасающийся от погони добрых людей ужасный мутант, Гека наконец добрался до своей халупы и дрожащими пальцами открыл дверь. Его всего колотило. Испугался всё-таки. А чего?
Мать всплеснула руками:
– Где ты шлялся до полуночи? Я вся истикалась!
Ага. Истикалась она. В «Одноклассниках» сидела!
– У Мишани, – прохрипел Гека. – Задачки решали.
И с силой захлопнул дверь перед толстым носом матери, смазанным жирным вонючим кремом. Гека и сам не знал, почему про Мишаню брякнул. Назвал «тупого, ещё тупее». Но мать никогда не вникала в дебри 10-го «Б», и имя «Мишаня» ей ничего не приоткрыло. Она что-то ещё бормотала про ужин. Гека не отозвался. Неверными пальцами пошарил в карманах брюк в поисках мобильника – и похолодел: нету! Обронил! Там! Рядом с некрасиво раскорячившейся Смирновой! Чтоб она все шпильки себе пообломала! Чувствуя тошнотворный приступ паники, Гека швырнул куртку на стул. Она отозвалась слабым стуком. Медленно Гека выдохнул. Нет. Всё в порядке. Всё как надо! Вообще ничего особенного не произошло. Мымра их, конечно, по пальцам пересчитала. Но ведь они и не думали прятаться. А может, надо было под у мать?
Открыл страничку «ВКонтакте». Там гулял ветер. «Ближний круг» ещё бежал по извилистым улицам города, спасаясь от погони. Гека первым добрался до спасительного финиша. Но никому об этом не нужно знать.
В 12.00 пришло первое истеричное сообщение: «Мишаню схватили». У Геки часто-часто забилось сердце. Он почувствовал отвратительный приступ тошноты. Из-за двери прокаркала мать:
– Спать ложись. Завтра в школу. Или забыл?
– Уроки учу! – зло огрызнулся Гека.
Но, сообразив, что от матери спасения не будет, лихорадочно поскидывал одежду. Нырнул под одеяло. Выключил свет. Схватил смартфон. Пришла правка: «Не Мишаню – Смирнову». Тоже скверно. Но не так. Она, во всяком случае, не швыряла камни в окна. Это и воробью понятно. А молчать… Минуту Гека размышлял напряжённо. Лицо его опять помрачнело. Покрывать Смирнова никого не станет. У неё таких ходов просто в кукольной её голове не заложено. Впереди – комиссия по делам несовершеннолетних. Он не боялся разборок. Его тошнило при мысли, что чужие равнодушные люди предпримут попытку влезть к нему в душонку. По долгу службы.
Гека вскочил. Забегал в трусах по комнате. Ненависть его к Мымре росла, как сорвавшийся с горы снежный ком.
Наконец через полчаса нарисовалась истинная картина.
Когда они ринулись в спасительную темноту, Смирнова – корова на шпильках! – опять приземлилась на пятую точку. Её схватил в отнюдь не дружественные объятия мужик со смартфоном. Мишаня вернулся. Этот факт не нравился Геке. Он не укладывался в его классификацию их школьного зверинца. Но Гека быстренько нашёл подходящее для него объяснение. Всю дорогу к месту экзекуции Смирнова откровенно липла к Мишане, надеясь вызвать ревность Блестящего Макса. А Мишаня тупой, хоть и сильный. Да и не такой уж он терминатор. Есть и покруче его. Они привыкли считать тех, кому за тридцать, отстоем. Но и тут можно нарваться.
Смирнова благополучно затерялась в извилистых улочках. А мужик со смартфоном неожиданно быстро и легко заломил Мишане руку. Где-то на подходе уже сигналила кутузка. Тогда вернулся Дэн.
На несколько минут Гека прекратил свой лихорадочный бег. Пустыми глазами уставился на четвёртый том «Войны и мира». Мотнул головой. Всё верно. Дэн вернулся из-за того, что не был уверен в молчании Мишани (хотя этот дурак определённо никого бы не сдал – из школюги бы вылетел, но молчал). А Дэн ещё тупее Мишани, если это только возможно. В общем, против двух мужик не устоял.
