Бремя необходимости доказательств было сдвинуто. Важнейшие слова в предложении подчеркнуты мной. Теперь это не Галилей должен доказывать верность системы Коперника, но на теологов перекладывается бремя доказательств того, что это не так. Если они не будут способны сделать этого, тогда они дело проигрывают, и Писание нужно будет заново интерпретировать.
На самом же деле, никогда и нигде не возникало вопроса осуждения системы Коперника как рабочей гипотезы. Претензии со стороны сторонников Библии возникали по проблеме того, что предположение рассматривалось
Во всем документе Галилей полностью избегает каких-либо астрономических или физических споров относительно системы Коперника, он попросту вызывает впечатление, что та уже доказана вне каких-либо сомнений. Если бы ему пришлось говорить по сути, а не крутиться вокруг да около, ему пришлось бы признать что сорок с лишним эпициклов и эксцентриков Коперника не были не только не доказаны, но и не были физически возможными, это было всего лишь геометрическое приспособление и ничего более; что отсутствие годового параллакса, то есть, кажущегося сдвига в положении неподвижных звезд, вопреки новой телескопической точности, является веским свидетельством против коперниканской системы; что фазы Венеры доказывают несостоятельность Птолемея, но не Гераклида или Тихо Браге; и что все, что он может предъявить в пользу коперниканской системы – это то, что она описывает кое-какие явления (например, ретроградное движение планет) более экономично, чем Птолемей; а упомянутые выше физические претензии против Коперника так до сих пор и не разрешены.
И тут следует помнить о том, что система, которую защищал Галилео, была ортодоксальной коперниканской системой, разработанной каноником лично чуть ли не за сотню лет до того, как Кеплер выбросил из нее все эпициклы и преобразовал абстрактную бумажную конструкцию в рабочую механическую модель. Не обладая способностью признать то, что чуть ли не все его современники каким-то образом участвовали в прогрессе астрономии, Кеплер слепо и по-настоящему самоубийственно до конца игнорировал работу Кеплера, в тщетной попытке пытаясь дубинкой заставить мир принять карусель с сорока восемью эпициклами в качестве "досконально продемонстрированной" реальности.