Объ этихъ двухъ злодяніяхъ извстили полицію, и, какъ видно, необходимые розыски приняты были ею съ большою энергіей. Лица, облеченныя властью, придерживались того мннія, что воры приступили къ длу съ весьма недостаточными свдніями. Они не знали даже, доврилъ ли мистеръ Локеръ выдачу своей драгоцнности другому лицу, или нтъ, а бдный, учтивый мистеръ Годфрей поплатился за свой случайный разговоръ съ нимъ. Прибавлю къ этому, что мистеръ Годфрей не былъ на нашемъ вечернемъ митинг по тому случаю, что былъ приглашенъ на совщаніе властей, а затмъ, разъяснивъ вс необходимыя обстоятельства этого дла, я стану продолжать мене интересный разказъ моихъ личныхъ впечатлній въ Монтегю-Сквер.
Во вторникъ я пришла къ тетушк въ назначенный мн часъ. Справка съ дневникомъ показываетъ, что день этотъ былъ наполненъ весьма разнообразными событіями изъ которыхъ одна возбудила мое глубокое сожалніе, а другія сердечную благодарность.
Дорогая тетушка Вериндеръ приняла меня съ свойственнымъ ей радушіемъ и лаской. Но минуту спустя я замтила, что она чмъ-то встревожена и ежеминутно устремляетъ безпокойные взгляды на свою дочь. Я всегда удивлялась сама, что такая съ виду ничтожная личность какъ Рахиль происходить отъ такихъ знаменитыхъ родителей какъ сэръ-Джонъ и леди Вериндеръ. Но на этотъ разъ она не только удивили меня, но окончательно поразила. Грустно мн было замтить въ разговорахъ и манер ея отсутствіе воякой женской сдержанности. Въ поступкахъ ея проглядывала какая-то лихорадочная возбужденность; она особенно громко смялась и во все время завтрака была предосудительно прихотлива и расточительна въ пищ и пить.
Не посвященная еще въ тайны этой печальной исторіи, я уже глубоко сочувствовала ея бдной матери.
По окончаніи завтрака, тетушка обратилась къ своей дочери.
— Не забывай, Рахиль, что докторъ предписалъ теб посл стола нкоторое отдохновеніе за книгой.
— Я пойду въ библіотеку, мамаша, отвчала она. — Но если прідетъ Годфрей, то не забудьте увдомить меня объ этомъ. Я горю нетерпніемъ узнать что-нибудь объ исход его приключеній въ Нортумберландской улиц. Она поцловала свою мать въ лобъ, и повернувшись ко мн, небрежно прибавила:- Прощайте, Клакъ!
Однако наглость ея не пробудила во мн гнвныхъ чувствъ; я только записала о томъ въ свою памятную книжку, чтобы потомъ помолиться за нее. Когда мы остались вдвоемъ, тетушка разказала мн всю эту ужасную исторію объ индйскомъ алмаз, которую, къ величайшему моему удовольствію, мн нтъ надобности повторять здсь. Она не скрыла отъ меня, что предпочла бы вовсе умолчать о ней. Но такъ какъ вс ея слуга звала о пропаж Луннаго Камня; такъ какъ нкоторыя обстоятельства этого дла стала даже предметомъ газетныхъ объявленій и толковъ постороннихъ людей, которые отыскивали связь между происшествіями, случившимися въ деревенскомъ дом леди Вериндерь, въ Нортумберландской улиц и на Альфредовой площади, то скрытность была уже излишнею, и полная откровенность становилась не только необходимостью, но даже добродтелью.
Многіе, услышавъ то, что пришлось мн выслушать въ тотъ день, вроятно, были бы поражены удивленіемъ. Что же до меня касается, то я приготовлена была ко всему, что могла тетушка. Сообщать мн по поводу своей дочери, такъ какъ я знала, что со времени дтства Рахили, во нрав ея не произошло существенной перемны. Еслибы мн сказали, что слдуя по пути преступленія она дошли до убійства, то я насколько не удавалась бы, а только подумала бы про себя: вотъ онъ естественный-то результатъ! этого всегда можно было ожидать отъ нея! Одно
— Доктора предписываютъ Рахили какъ можно больше моціона и развлеченій и въ особенности просятъ меня удалять отъ нея всякое воспоминаніе о прошломъ, сказала леди Вериндеръ.
«О, какой языческій совть!» подумала я про себя. «Боже, какой языческій совтъ дается въ нашей христіанской стран!»
— Я употребляю вс усилія, чтобы выполнить ихъ предписанія, продолжила тетушка. — Но это странное приключеніе Годфрея случалось въ самое несчастное время. Услышавъ о немъ, Рахиль не переставала тревожиться, и волноваться, и не давала мн покоя до тхъ поръ, пока я не написала племяннику Абльвайту, прося его пріхать къ намъ. Ее интересуетъ даже, а другая личность, сдлавшаяся предметомъ жестокаго насилія — мистеръ Локеръ, или что-то въ этомъ род, хотя она, конечно, вовсе не знаетъ его.
— Ваше знаніе свта, дорогая тетушка, безъ сомннія, больше моего, замтила я недоврчиво. — Однако такое необъяснимое поведеніе со стороны Рахили должно непремнно имть свою причину. Она, вроятно, хранитъ отъ васъ и ото всхъ окружающихъ ее какую-нибудь грховную тайну. Не угрожаютъ ли недавнія событія сдлать эту тайну извстною?
