Попрощавшись с миледи, мистер Годфри оставил невероятно сочувственное прощальное послание для мисс Рэчел, не оставившее у меня сомнений, что он не думал смиряться с отказом и при ближайшей возможность опять приступит к ней с предложением о женитьбе. Мистер Фрэнклин, провожая кузена, проинформировал сержанта, что вся его одежда открыта для осмотра и что он никогда не запирает свою комнату. Сержант Кафф поблагодарил. Как видите, его взгляд поддержали и миледи, и мистер Годфри, и мистер Фрэнклин. Оставалось только спросить мисс Рэчел, и можно было созывать слуг и начинать поиски одежды с пятном.
Необъяснимая неприязнь миледи к сержанту, как только мы снова остались втроем, казалось, только усилилась.
– Если я пришлю вам ключи мисс Вериндер, – сказала она, – то полагаю, вам от меня в настоящее время больше ничего не понадобится?
– Прошу меня извинить, ваша светлость, – ответил сержант Кафф. – Прежде чем начинать осмотр, я хотел бы, если можно, получить журнал стирки. Возможно, пятно осталось не на одежде, а на нижнем белье. Я хотел бы пересчитать все белье в доме с учетом того, что отправлено в стирку. Если не хватает одного предмета, то по крайней мере можно предположить, что пятно находится именно на нем и что его владелец вчера или сегодня намеренно избавился от него. Главный инспектор Сигрэв, – обратился ко мне сержант, – привлек внимание служанок к пятну, когда все они набились утром в эту комнату. Может статься, что это еще один из множества промахов главного инспектора.
Миледи распорядилась, чтобы я позвонил в колокольчик и доставил журнал стирки. Она не уходила, пока его не принесли, на случай если после его просмотра у сержанта Каффа появятся новые просьбы.
Журнал принесла Розанна Спирман. Девушка спустилась к завтраку бесконечно бледной и осунувшейся, но достаточно оправившейся после вчерашней хвори, чтобы вернуться к обычной работе. Сержант Кафф внимательно посмотрел на вторую горничную. Когда она вошла – на лицо, а когда уходила – на кривое плечо.
– У вас есть что мне еще сказать? – спросила миледи в нетерпении побыстрее избавиться от общества сержанта.
Знаменитый Кафф раскрыл журнал, пробежал его за минуту и снова захлопнул.
– Осмелюсь побеспокоить вашу светлость последней просьбой. Служанка, которая принесла журнал, работает у вас так же долго, как все остальные?
– Почему вы спрашиваете?
– Последний раз я видел ее в тюрьме, отбывающей срок за кражу.
Тут уж ничего не оставалось, кроме как рассказать всю правду. Миледи напирала на образцовое поведение Розанны у нее на службе и лестные отзывы заведующей исправительного дома.
– Уж не подозреваете ли вы ее? – с нажимом спросила под конец миледи.
– Я уже говорил вашей светлости, что пока не подозреваю в краже ни одного человека в этом доме.
Получив такой ответ, миледи поднялась наверх попросить у мисс Рэчел ключи. Сержант опередил меня и первым открыл перед ней дверь. И отвесил низкий поклон. Миледи передернуло, когда она проходила мимо.
Мы долго ждали, но ключи все не появлялись. Сержант Кафф молчал, повернув меланхоличное лицо к окну. Сунув руки в карманы, он начал тихо насвистывать «Последнюю розу лета».
В конце концов, Самюэль вместо ключей принес клочок бумаги. Непослушными пальцами я неуклюже нацепил очки, все время чувствуя на себе мрачный взгляд сержанта. Миледи написала две-три строчки карандашом. Мисс Рэчел наотрез отказалась от осмотра своего гардероба. На вопрос о причине расплакалась. На повторный вопрос ответила: «Я не хочу, потому что не хочу. Вам придется заставлять меня силой, иначе не соглашусь». Мне стало понятно, что, получив подобный ответ от дочери, миледи больше не желала иметь дела с сержантом Каффом. Не будь я староват для милых слабостей молодости, боюсь, тоже покраснел бы при мысли, как ему все это объяснить.
– Что там с ключами мисс Вериндер? – спросил сержант.
– Юная леди отказывается предоставить свой гардероб для осмотра.
– Ага! – откликнулся сержант.
Голос сыщика уступал по части дисциплины его лицу. Когда он произнес «ага!», он сказал это тоном человека, услышавшего то, что и ожидал услышать. Он отчасти разозлил, отчасти напугал меня – почему, не знаю, но это так.
– Значит, обыска не будет? – спросил я.
– Да. Обыск придется отменить, потому что ваша юная госпожа отказывается последовать общему примеру. Надо либо осматривать вещи каждого человека в доме, либо ничьи вообще. Отправьте чемодан мистера Эблуайта в Лондон следующим поездом и верните журнал стирки с моими извинениями и благодарностью женщине, которая его принесла.
Сыщик положил журнал на стол и перочинным ножом принялся чистить ногти.
– Вы, похоже, не очень разочарованы?
– Нет, не очень.
Я попытался выманить у него объяснение.
– Зачем мисс Рэчел устраивать вам преграды? Разве не в ее интересах помочь вам?
– Не спешите, мистер Беттередж. Не спешите.
