Лунный камень полностью

— Немного погодя, — продолжал пристав, — кэб медленно поехал вдоль по улице. Рабочий перешел через дорогу и вошел в харчевню. Мальчик ждал на улице, пока не почувствовал голода и усталости, — а тогда он в свою очередь вошел в харчевню. У него был в кармане один шиллинг, и он, как сам рассказывает, роскошно пообедал колбасой и пирогом с угрями, с бутылкой имбирного пива. Чего не переварит мальчуган? До сих пор такого вещества еще не найдено.

— Что же он видел в харчевне? — спросил я.

— В харчевне, мистер Блек, он увидал моряка, читавшего газету за одном столом, и рабочего, читавшего газету за другим столом. Уже смерклось, когда моряк встал и ушел из харчевни. Выйдя на улицу, он подозрительно осматривался по сторонам. На мальчика, — что же такое мальчик? — он не обратил внимания. Рабочий не выходил еще. Моряк пошел, оглядываясь, и, по-видимому, не совсем-то знал куда идти. Рабочий опять появился на противоположной стороне улицы. Моряк все шел до самого Шор-Лева, ведущего в Ловер-Темз-Стрит. Тут он остановился перед гостиницей под вывеской: Колесо Фортуны, и осмотрев дом снаружи, вошел в него. Крыжовник вошел за ним. У стойки толпилось много народу, большей частью чистого народу. Колесо Фортуны — самое почтенное заведение, мистер Блек; славится портером и пирогами со свининой.

Отступление пристава раздражили меня. Он заметил это и, продолжая, стал построже придерживаться показаний Крыжовника.

— Моряк спросил, может ли он получить ночлег, — продолжал пристав, — хозяин отвечал: нет; все занято. Буфетчица поправила его, сказав, что «десятый номер свободен». Послали за слугой, чтобы проводить моряка в десятый номер. Как раз перед тем Крыжовник заметил рабочего в толпе у стойки. Не успел слуга явиться на зов, рабочий исчез. Моряка повели в номер. Не зная, что делать, Крыжовник мудро порешил выжидать, что будет. И действительно, что-то случилось. Позвали хозяина. Наверху послышался гневный говор. Вдруг снова появился хозяин, таща за ворот рабочего, казавшегося пьяным, к величайшему удивлению Крыжовника. Хозяин вытолкнул его за дверь и погрозил полицией, если он вернется. Пока это происходило, из пререканий между ними оказалось, что этого человека застали в десятом номере, где он, с упрямством пьяного, объявил, что комната занята им. Крыжовник был так поражен этим внезапным опьянением недавно еще трезвого человека, что не мог удержаться и не выбежать за рабочим на улицу. Тот шатался позорнейшим образом, пока был в виду гостиницы. Но как только повернул за угол улицы, равновесие его внезапно восстановилось, и он стал как нельзя более трезвым членом общества. Крайне озадаченный Крыжовник вернулся в Колесо Фортуны. Он еще подождал, не будет ли чего. Ничего не было; моряк не показывался; о нем ничего не говорили. Крыжовник решился вернуться в контору. Только что он пришел к этому заключению, откуда ни возьмись, вновь появился рабочий, по обыкновению, на противоположной стороне улицы. Он глядел наверх в одно из окон на крыше дома, единственное, в котором еще светился огонь. Этот огонь, по-видимому, успокоил его. Он тотчас ушел. Мальчик вернулся в Грейз-Инн, получил карточку с запиской, пошел к вам и не застал вас. Вот вам изложение дела, мистер Блек, как оно обстоит в настоящее время.

— Что вы думаете об этих, пристав?

— Я думаю, что это дело серьезное, сэр. Во-первых, судя по тому, что видел мальчик, в этом замешаны индийцы.

— Да. И моряк очевидно тот самый, кому мистер Локер передал алмаз. Странно однако ж, что и мистер Брофф, и я, и подчиненный мистера Броффа, все мы ошиблись.

— Новое не странно, мистер Блек. Принимая во внимание опасность, которой подвергалось это лицо, весьма вероятно, что мистер Локер умышленно провел вас, предварительно уговорясь с ним.

— Понятны ли вам поступки в гостинице? Тот, что разыгрывал рабочего, конечно был подкуплен индийцами. Но я не менее самого Крыжовника становлюсь в тупик перед объяснением, зачем он внезапно прикинулся пьяным.