"Нет, я в порядке", - сказала я, переводя дыхание. Мои руки и колени горели, и я чуть не испачкал хорошую пару штанов. И тут я услышал хихиканье. Все еще полусонный, я пополз к дальнему краю грузовика, где обнаружил улыбающихся и довольных Рона и Дейва, прижавшихся к стене школьного здания.
Боевой самолёт AC-130 прибыл вскоре после того, как я заснул. Он объявил о своем присутствии, выпустив несколько 105-мм артиллерийских снарядов по дувалу в ста метрах от холма. Дэйв и Рон наводили Ганшип и заранее знали о последующих взрывах.
"Для старика ты двигаешься довольно быстро", - сказал Дэйв.
"Выше голову, Дэйв!"
От шквала взрывов во все стороны полетели желто-оранжевые искры. Дым от маленьких огней то появлялся, то исчезал в лунном свете, образуя темно-серые облака, которые нависали над разрушенными зданиями. Экипаж AC-130 работал всю ночь, ведя огонь по наседающим талибам, а его камеры сканировали землю в поисках вражеских солдат. Невидимые невооруженным глазом, они кружили над головой. Мы прозвали их "ночными ангелами", и на самом деле их пушки звучали как трубы, когда они били по боевикам, пытавшимся перегруппироваться и атаковать.
"Цель! Заряжай! Орудие готово! Приготовиться! Огонь!" Бум!
С вершины Спервангар мы могли видеть многочисленные пожарища. Талибы все еще продолжали переправлять свежие отряды через реку. Около двухсот боевиков шли или ехали в грузовиках с выключенными фарами по сухому руслу реки в сторону Спервангар. Костры освещали путь. Другие прощупывали, пытаясь оценить нашу оборону. Они должны были атаковать на рассвете. Это была борьба за инициативу.
Все еще уставшие, мы с Брайаном просто залезли под бампер грузовика и легли спать. У нас будет три часа, прежде чем мы заступим в ночное охранение. Утешительное эхо атак Ганшипа позволило нам спокойно отдохнуть. Когда через несколько часов я почувствовал знакомое дерганье за ногу, я сел и ударился головой о бампер.
"Черт побери", - сказал я, потирая ноющий лоб. Рон стоял рядом, совершенно измученный тем, что не спал всю ночь, вызывая страйкболистов.
"Как прошла ночь?" спросил я.
"Занятно, очень занятно", - сказал он. В результате его напряженной работы было убито не менее 110 боевиков.
Несколько больших ракет упали на Спервангар с восходом солнца, сразу после первого призыва к молитве в местной мечети. Мне показалось неприятным, что муллы, возглавлявшие молитву, были теми же талибами, которые использовали акустические системы мечети для передачи сообщений боевикам. По моим подсчетам, на моей стороне периметра находилось около ста бойцов. Мы могли видеть, как они двигались через сады, по арыкам для орошения и между толстыми глинобитными стенами дувалов. Слабый крик "Аллах Акбар" эхом разносился по холму.
Билл переместил бойцов группы на позицию, чтобы закрыть вражеское продвижение. С обратной стороны холма, где находились Ходж и его группа, раздались выстрелы. Знакомый свист пролетающих пуль снова стал обыденностью.
"Танго, танго, танго с севера", - раздался по радиостанции голос бойца SF, сообщая нам о целях и их местонахождении. Связь прервал оглушительный пулеметный огонь с крыши.
Около десятка боевиков попытались продвинуться вперед, но афганские солдаты выдвинулись на укрепленную пулеметную позицию и остановили их. Я осмотрел местность в бинокль и увидел группу боевиков, включая подростка, сбившихся в кучу на перекрестке, мертвых или умирающих. На тела убитых набросились птицы и две большие собаки.
Лучше они, чем мои люди, сказал я себе.
Мне стало плохо. Бойцов "Талибана" вели на убой фанатики, которые заботились только о своей цели. Те, кто громче всех проповедовал законы шариата, не желали умирать за свою искаженную и извращенную идеологию. Они заставляли многих молодых парней переправлять боеприпасы или воевать. Это был вопрос выбора между невежеством и пониманием. Мои люди не стали бы умирать за глупость.
Атака быстро переместилась к Ходжу на южную сторону холма. Али Хусейн вызывал по радиосвязи короткими отрывистыми сигналами и сообщал о появлении новых боевиков, идущих к узкому, затененному проходу.
"Хорошо, Али", - сказал я, стараясь говорить уверенно, - "когда враг появится, просто стреляй в него".
Он понял шутку и приказал трем афганским солдатам, включая Таза, перебраться через насыпь для контратаки. Резко вскинув руку, Таз повел солдат в кишащие врагом виноградные плантации.
Они исчезли за небольшой насыпью и снова появились вдоль стены дувала, ведущей к небольшому зданию в глубине полей. Я сообщил об их передвижении по радиосвязи, убедившись, что наши стрелки знают, что дружественные силы находятся за проволокой.
