Рита отвернулась, пытаясь спрятать грусть в глазах, и оставила на лице только улыбку.
- Андрюш, я не придумывала ничего.
- Но ты же не могла знать…
- Нет. Не могла. И мне всё равно, что было тогда. Я знаю тебя сейчас.
Андрей стоял какое-то время, вглядываясь ей в лицо.
- Рит, выходи за меня.
- Что? – Рита вскинулась и посмотрела на него внимательно и зло.
- Ты слышала. Когда я разберусь с этим уродом. Выходи за меня.
Рита зажмурилась на секунду, а затем открыла глаза и снова посмотрела на него.
- Не надо так, Журавлёв.
- Почему?
- Из жалости не надо. Или ему назло. Ты мне нравишься, но всё не так плохо, чтобы я вышла за тебя от безысходности. Ан…
Договорить она не успела, потому что Андрей впился в её губы, впервые за долгое время погружаясь в забытое безумие, упоение и чувство наполненности. Рита колебалась пару секунд, а потом ответила, обняла его, но через несколько секунд оттолкнула и сама сделала шаг назад.
- Не надо так, Андрюш, - повторила она.
Андрей кивнул и улыбнулся как-то холодно и по-чужому.
- Хорошо.
Шагнул мимо неё и исчез в двери, ведущей на чердак.
***
В доме Яра царил полумрак. Горели окна лишь в спальне и на псарне. Андрей остановился перед воротами на какое-то время. Переступить невидимую линию, которая отделяла его от прошлого, было нелегко.
Он сам не заметил, когда Яр стал именно «прошлым» для него – болезненным, как плохо заштопанная рана, готовая раскрыться в любой миг, но всё-таки оставшимся позади.
От одних этих мыслей нахлынула тоска, но и она была какой-то чужой, как любая тоска о недостижимом.
Андрей всмотрелся в окна спальни. Там промелькнул женский силуэт. Стало ясно, что туда идти нельзя, даже если Яр и там. Да и на псарне никого, кроме него быть не могло – почти всегда Яр ухаживал за собаками сам.
Андрей махнул охраннику, стоявшему у шлагбаума – это был один из тех, кто ещё помнил его, и двинулся на свет.
Яр заметил его не сразу. Он сидел на корточках и задумчиво чесал за ухом сенбернара. Сенбернар положил на оба его плеча большие пушистые лапы и внимательно смотрел Яру в глаза.
Какое-то время Андрей просто наблюдал за ним – за знакомыми прерывистыми движениями, немножко размашистыми и грубоватыми, за широкими плечами, чуть колыхавшимися при каждом движении руки.
- Привет, - сказал тихо Андрей.
Яр вздрогнул и резко встал на ноги. Он смотрел пронзительно и тяжело, но разобрать смысла этого взгляда Андрею не удалось.
- Андрей?
- Я. Не спишь ещё?
- Нет, - Яр облизнул губы.
- А она там, - Андрей неловко скрестил руки на груди, потому что их вдруг стало некуда деть. – В спальне.
- Да.
Наступила тишина.
- Собаки её не любят? – спросил Андрей, пытаясь справиться с этой тишиной.
- Нет, почему… Её приняли все.
В сердце Андрея кольнула боль.
- Жаль, - сказал он резко.
- Ты сам сказал – она хорошая, Андрей.
- Тогда почему ты здесь?
Яр отвёл глаза. Он в самом деле всё больше времени проводил на псарне. Дом казался ему чужим.
- Зачем ты пришёл, Андрей? – спросил он, снова резко поднимая глаза. Теперь уже взгляд отвёл Андрей - и закусил губу.
- У меня проблемы, Яр. И… Я бы даже сказал, проблемы у нас.
- Говори, - резко и требовательно, как раньше, давным-давно, кажется - в прошлой жизни.
- Меня шантажируют. Кое-кто… Нашими с тобой фотками. Из Швейцарии. Помнишь?
Яр кивнул. В полумраке было трудно разглядеть выражение его лица, но Андрею показалось, что он побледнел.
- Чего хотят?
Андрей сглотнул.
- Меня. Понимаю, это не очень-то много для тебя, но… - Андрей отвернулся. Он знал, что дальше должен сказать. Должен пригрозить, что пойдёт на сделку. Но так не хотелось этого говорить…
- Художник?
- Ты знаешь? – Андрей снова вскинул взгляд на него.
Яр кивнул и тоже сложил руки на груди.
- Давно?
- С того звонка.
Андрей тихо и горько рассмеялся.
- И тебе было всё равно?
Яр не ответил. Только шагнул вперёд и замер, будто хотел сделать что-то ещё, но передумал в последний момент.
- Он приличный человек, Андрей. Лучше многих в нашем деле.
Андрей стиснул кулаки.
- И ты решил… - ярость клокотала в горле, мешая говорить. – Решил, что мне лучше будет с ним? Как же я… - Андрей стиснул зубы, чтобы заставить себя замолчать, но слова всё же вырвались наружу. – Как ты мог оставить меня ему?
- Ты хотел, чтобы я тебя отобрал?
- Да! Да, Яр, да!
- Извини. Ты знал, что это невозможно.
- Ненавижу тебя… - прошептал Андрей и отвернулся окончательно. Снова наступила тишина, только поскуливал где-то в темноте забытый всеми сенбернар. – Я жениться хочу, - сказал он наконец. – Я не хочу всего этого дерьма. Не хочу…
- Хорошо.
- Что?
- Хорошо. Он больше не появится возле тебя.
- Ты его?…
- Посмотрим. У нас есть подстраховка, я думал о том, как его убрать… в случае чего. Но с этими фото я не хочу рисковать.
- Я тебя никогда не пойму, - Андрей покачал головой.
Яр молчал секунду, а потом резко шагнул к нему и, поймав за подбородок, поцеловал в губы, сильно и без спроса, пробиваясь внутрь, так что тело Андрея задрожало перетянутой струной.
- И не надо, - сказал он, резко отстраняясь. – Просто не забывай.
***
