После изматывающей ночи все валились с ног. Хотелось поесть, рухнуть в кровать и проспать до самого Колосада. Мы с Авином впервые встретились как раз накануне праздника урожая. Сорванная охота, раненый принц, кража перстня с королевской печатью, наш танец в свете костров и странный парный обряд – всё это, казалось, произошло в прошлой жизни.
Хозяин единственного постоялого двора дрых без задних ног и не отреагировал на стук в дверь. Я была настроена колотить и дальше, но Алес перехватил мой кулак, предупредив, что стоит вести себя тише, если мы не собираемся поближе познакомиться с городской стражей.
К счастью, на рыночной площади уже появились первые торговцы. Разоряться на булочки с корицей маг наотрез отказался, но купил нам на троих свежеиспечённый пшеничный каравай. До нового урожая было далеко, и белый хлеб стоил дорого, так что я была рада и этому.
Усевшись на неотёсанную скамью чуть поодаль от лоточников, мы принялись усиленно жевать, мимоходом вслушиваясь в пересуды пришедших ни свет ни заря покупателей. В основном местные перемывали кости застуканным на сеновале парочкам, обсуждали погоду и торговались с продавцами, но была среди всей этой шелухи и пара любопытных новостей. Во-первых, здешний барон-самодур неожиданно получил загадочное письмо и сорвался в столицу, а во-вторых, он зачем-то прихватил с собой десяток девушек, якобы по приказу кронпринца. Двое особенно голосистых покупательниц, услышав об увезённых девицах, запричитали, что в соседнем селении произошло то же самое. Забрали, мол, в услужение при дворе даже дочку местного старосты, а потом прислали ему кошель серебра и весть о том, что та слегла от какой-то болезни да и сгинула в замке.
– Что думаешь? – ткнула я в бок Алестата.
– О том, что пекарь содрал с меня денег как за пшеничный хлеб, а сам подмешивает в него серую муку?
– Да нет же, насчёт барона и пропавших.
– Насчёт барона ничего не понятно, а вот второй пункт беспокоит. В замке хватало людей. Даже реши Авин полностью обновить прислугу, это бы не стали делать единовременно, слишком хлопотно. И уж точно никто не послал бы за девушками в такую глушь. Что-то здесь нечисто.
Его слова усугубили мои опасения. Не затевает ли ведьма что-нибудь в ожидании нас? Я хотела поинтересоваться мнением Вальдара, но тот так самозабвенно жевал, что не оставалось ни малейшего сомнения: ничего из нашего разговора он не слышал.
Купив немного припасов и сняв наконец комнату, мы проспали до самого вечера. Не было никакого желания вылезать из тёплой постели ради пьяной болтовни завсегдатаев таверны на нижнем этаже постоялого двора. Потративший десять минут на то, чтобы растормошить меня, Алестат в итоге потерпел в этом деле сокрушительное поражение, плюнул и спустился один. Вернулся он затемно хмурым и озадаченным.
– Удалось что-то выяснить? – встрепенулась я.
– Исчезновение девушек и случившееся с дочерью старосты здесь не в новинку. Такое происходит по всему северу Брандгорда. Следующим прыжком переместимся западнее, нужно проверить, как обстоят дела там.
– Разве это не пуста-а-ая трата времени? – зевая, протянул Вальдар.
– Речь ведь о жизнях невинных девушек! – Я запустила в альрауна подушкой от возмущения.
– Как бы ни хотелось мне поддержать образ защитника слабых, я предложил это не затем. Такое поведение ведьмы, а в том, что это её рук дело, сомневаться не приходится, слишком странно. Зачем Сандре такое количество служанок? Ради какого-то ритуала? Жертвоприношение? Чего ради? Вызов теневых сущностей поставит под удар всё королевство, а она хотела править Брандгордом, а не уничтожать его.
– Когда мы уходим?
– Как только небо заалеет. На месте будем как раз к рассвету.
– Снова в такую рань?
Мы с фамильяром одновременно надули губы.
– Вот так завтра и делайте. Точно за родню сойдёте, – сняв плащ и на ходу скидывая сапоги, усмехнулся Илдис. – А пока – спать!
Лежать вповалку давно было привычно, но только сейчас я вдруг поняла, что под покрывалом рядом ворочается тот самый маг, который неоднократно пытался придушить меня в замке. Он вернул себе Силу и мог бы снова причинить мне такую же боль, как во время нашего боя в покоях короля, но… я больше не чувствовала и тени опасности. С Алесом было спокойно. Даже если впереди битва с болотной ведьмой, пока мы вместе, ничто не кажется невозможным. Раньше я списывала подобные чувства на нашу незримую связь, но вчера ночью во время обряда призыва она оборвалась, как перетянутая тетива лука. Сейчас на её месте ощущалась неприятная пустота. Словно я потеряла что-то очень важное. А ещё почему-то было одиноко. Больше не будет снов, наполненных его воспоминаниями. В глубине души я точно это знала, хотя не могла объяснить, почему так уверена. Было бы безумием сказать, что по кошмарам можно скучать, но создавалось ощущение, что ранее вшитую в моё нутро верёвку вдруг выдернули наживую.
Я потянулась к посапывающему волшебнику и погладила его рожки. Он довольно заурчал во сне, перевернулся и крепко меня обнял.
