Когда ей уже начало казаться, что они ходят кругами и никогда не доберутся до пункта назначения, на фоне позднего заката показался мрачный силуэт замка, ощетинившийся острыми пиками башен. А подъехав чуть поближе, они услышали звуки сражения.
— Вперед! — крикнул Эрван и пустил коня галопом к месту схватки.
Остальные тоже ускорились. Милаша плелась в конце, а потом и вовсе отстала. Бедняга устала тащить их двоих, к тому же явно была чем-то обеспокоена.
Как и следовало ожидать, защитники замка бились не с людьми. Издалека в рваном свете факелов их противники походили на жуткие тени, как сегодня выпускал Лисандр, если бы те обрели плоть и были размером с корову. Мирта отлично понимала свою лошадь, не желавшую к ним приближаться, она и сама предпочла бы держаться от таких страхолюдин подальше. А ведь их там не одна, не две — целая толпа!
— Блин, и как мне по ним попасть и не задеть людей? — в руке Мэйнарда уже плясал магический огонек вроде того, что он запустил сегодня в то ужасное дерево.
Милаша недовольно всхрапнула — близость магии ее явно пугала. И не ее одну. Несколько тварей тут же обратили на нее внимание и, быстро потеряв интерес к латникам, рванули к ним. Похоже, маги были у них приоритетной целью. Мэйнард не растерялся и встретил их огнем, но тем только привлек внимание остальных. И теперь целая орава чернильно-черных тварюг с горящими желтыми глазами мечтали сожрать их с Миртой. И вот тут-то она по-настоящему испугалась!
В отличие от целительницы, у Мэйнарда был ресурс, но проблема в другом — даже на создание простых плетений начинающему магу требовалось время, которого у него не было. Его огонь поражал за раз только одну цель, да и то не факт, что намертво. Нужно было как-то помочь ему, но Мирта словно вмерзла в седло от страха не в силах пошевелиться, голова тоже отказывалась соображать.
Наперерез тварям бросилась Петра. Ее конь оказался таким же бесстрашным, как хозяйка, с диким ржанием он несся во весь опор. К удивлению Мирты, кобыла Лисандра от него не отставала, а потом и вовсе обогнала. Как так-то? Может, она под какими-нибудь чарами? Сам Лисандр красивым жестом выхватил меч, но Мирта понимала, что его умение обращаться с ним на красивых жестах и заканчивалось. И почему он держал его левой рукой?
Мэйнард каким-то чудом остановил улепетывавшую Милашу и развернул мордой к тварям. Пока кобыла пятилась, готовая в любой момент снова припустить, он сварганил огонек побольше и от души запустил им в тварей. Тут даже Мирта понимала, что такими темпами его надолго не хватит. Как жаль, что она сама такая бестолковая и ничем не может помочь!
Девушка снова посмотрела на Лисандра и едва не ахнула. К счастью, Мэйнард был занят делом и не заметил, что одновременно с его атакующим плетением Лисандр выбросил свое. В темное время суток непросто разглядеть сорвавшуюся с его пальцев струйку тумана, в то время как яркий огонь Мэйнарда был заметен издалека. Лисандр как ни в чем не бывало перекинул меч в правую руку и для приличия даже помахал им перед оскалившимися тварями, он отлично все рассчитал — их заклинания одновременно попали по целям.
Раздался треск — преследователи взорвались клочками и медленно опадали пеплом.
— Не понял…— удивленно протянул Мэйнард.
Он смотрел на свои трясущиеся руки так, словно видел их впервые.
Петра, Лисандр и подоспевшие воины барона быстро расправились с уцелевшей парой растерявшихся тварей. Битва у ворот замка тоже подходила к концу.
— Мэй, это было нереально круто! — Петра не поскупилась на похвалу.
— Только не уверен, что когда-то смогу это повторить…
— Да не скромничай, ты сегодня герой!
Лишь Мирта успела заметить, что произошло на самом деле, но пришлось подыграть и вместе со всеми похвалить Мэйнарда.
Можно было, наконец, спешиться. При всех теплых чувствах к своей Милаше девушке нелегко далась длительная верховая езда, она отсидела все, что только можно было, и теперь даже ходьба на своих двоих причиняла ей боль. Да еще ожоги напоминали о себе неприятным зудом, перед сном их нужно снова обработать, а так хотелось просто упасть на кровать и забыться.
У наглухо закрытых ворот команду встретил наниматель, в свете факелов барон показался Мирте суровым и куда более старым, чем она его представляла. Мужчина походил на сторожевого пса, потрепанного жизнью, уставшего и больного, но от этого не менее опасного. Вопреки ее представлениям, он не отсиживался за крепостной стеной, а принимал непосредственное участие в битве, и одно это уже заслуживало уважения. Они с Эрваном обменялись запоздалыми приветствиями.
А побыстрее нельзя? На улице вообще-то не жарко! Может, их, наконец, пригласят войти?
Не тут-то было!
